Не обращали внимания на посетителей пивной, которые то заходили, то выходили. Последние тоже не особо интересовались сидящими возле входа офицерами."
"Митьков невольно погрузился в свои мысли. Разговор пробудил старые воспоминания. О миниатюрной и темноглазой Вале, о своей воспитательнице Наталье Васильевне. Если за свою названую мать, как он про себя называл женщину, парень был спокоен, то мысли о подруге породили какое-то тоскливое чувство. Жива ли она? Увидятся ли снова? Вот только ответ на этот вопрос ему никто не мог дать.
— Надо искать архивы.
Реплика Юркина резко выдернула парня из омута мыслей. Он вздрогнул и посмотрел на наставника.
— Что? — переспросил Митьков.
— Архивы, говорю, надо искать, — повторил капитан и приложился к кружке.
— Какие архивы?
— Немецкие… Я вот о чем подумал, Миша. Захарова же не просто так сунули в лагерь в Полянах. И уж явно не за то, что в другом лагере мог что-то эдакое натворить, не тот персонаж. А если с целью вербовки агентов?
«Ох, Дмитрий Федорович, — мысленно усмехнулся старший лейтенант.
— Тогда сначала надо выяснить, где он был перед Полянами. А то мы до скончания века искать можем.
— Это выясним, не переживай. Я сегодня узнал, что к нам в руки, то есть к СМЕРШу, попали интересные документики из разведшколы абвера. Еще есть то, что взяли раньше. Чем черт не шутит, Мишаня, вдруг мы там интересные новости про нашего Захарова узнаем?
— Все возможно, Дмитрий Федорович.
— Валяй.
— Если Захарова отправили в лагерь в Полянах с целью вербовки, то неужели он за столько времени никого не завербовал? Я, конечно, не знаю, как происходит такая вербовка и долго ли она ведется, но все-таки он в Поляны попал в конце зимы, а сейчас уже начало осени. Полгода прошло, как-никак.
Дмитрий открыл рот, чтобы ответить, но неожиданно замолчал.