За маской благопристойного, ответственного нарифе скрывалось чудовище. Он стал таким не сразу. Это началось после смерти мамы. Чтобы забыться, папа стал посещать развлекательные заведения, приводить в дом разных женщин, пить. Шли годы. Папа, давно забыл о своих детях, но тут вдруг стал уделять мне больше внимания. А в один из дней… думаю, он мало что понимал, поскольку был пьян. Он называл меня именем мамы. Я… моя вторая демоническая сущность только формировалась. На какое-то время я потеряла разум, контроль был потерян и наружу вырвался демон.
Крепко-крепко обняла мелко трясущуюся Стэфу. Девушка спрятала лицо у меня на плече. По моим щекам безостановочно текут слезы.
— После того что случилось, со мной никто больше нормально не говорил — общественности стало известно мало, но слухи пошли. Я долгое время пребывала в каком-то вакууме. Я стала бояться общаться с окружающими и тоже стремилась ограничить свои контакты с людьми.
Спасением для меня стали книги. Я думала, в академии будет также, как дома, но появилась ты.
Ты думаешь, это я тебе помогаю? Нет, это я держусь за тебя. Ты другая, и на все смотришь под иным углом. Я знаю, ты не испытываешь такого же восхищения из-за моего, титула, силы, денег, власти, потому что не осознаешь всего масштаба, в отличие от остальных. К тому же не чувствуешь опасности пребывания рядом с нарифе. Ты стала для меня проводником в обычную жизнь. Мне уже не так страшно идти с кем-то на контакт. И… я была рада с тобой познакомиться. Жаль, что все так заканчивается.
— Стэф, еще ничего не заканчивается! Надо верить и надеяться на спасение!
— Ника… впрочем, ладно. Я тоже буду верить.
— Вот так-то лучше! — покрепче прижала к себе Стэфу.
Вновь потянулись томительные минуты ожидания.
Светильник вскоре погас, а наверху наступила ночь. Мы со Стэфой и Гувом сидим в кромешной тьме. Тролль особо не волнуется. Уже через несколько минут мы с соседкой можем наслаждаться громогласным храпом великана.