Хотя нет, вру: уже на нашем этаже с трупа разгрузку он снимать не стал — она была просто непригодна к дальнейшему использованию, вся изрешечена.
— Кто стрелять так? — хмуро спросил Мундалабай, ткнув пальцем в лежащее тело.
Я поглядел на труп. Похоже, это тот, которого я пришил самым первым.
— Я, наверное.
— Плохой стрелять, — проворчал Мундалабай и пожевал губами, — надо голова — бах! Тогда хорошо.
— Почему «так хорошо»? — в принципе, ответ мне был малоинтересен, но спросил я скорее для того, чтобы отвлечься от собственных ощущений — тут воняло кровищей и порохом, даже дерьмом…
От вида раскинутых мозгов на площадке, измазанных в кровь стен меня слегка тошнило, но я держал себя в руках, потому и устроил диалог — хоть немного отвлечет.
— Голова бах — мара мертвый, одежда и лут целый, — пояснил Мундалабай. — Куда такой разгрузка? Ни носить, ни продать."
"Он ткнул в меня своим черным пальцем.
— Плохой стрельба.
— Радуйся, что гранату туда не закинул, — сказал я и тут же спохватился.
Вот ведь, черт! Действительно же можно было так поступить — их бы там всех накрыло бы…хотя, выживших могло и не остаться… Да не! Какой — нибудь везунчик да остался бы.
— Граната ‒ хорошо, — ответил меж тем Мундалабай, — граната бах, мары уезжать на небеса, мы патрон не тратить.
— Угу, и разгрузки все будут подранные, — хмыкнул я.
— Но пушки может целый, — пожал плечами Мундалабай.
— Они и сейчас целы. Но ты ко мне из-за одной разгрузки прицепился.
— Умей стрелять правильно! — нравоучительно произнес Мундалабай.
— Обязательно в следующий раз буду стрелять так, чтобы не продырявить ничего и не заляпать кровью, — пообещал я.
— Молодец! Так и делать, — похвалил меня чернокожий лутер.
Вот интересно, он вообще иронию не понял?
Пока Мундалабай обыскивал трупы, я таскал все найденное в одну кучу.
К моей печали, лута у них оказалось не так чтобы и много…
В основном оружие и патроны. Налегке шли, сволочи…а жаль.
Пока мы занимались мародеркой, из квартиры, где находился раненый, доносились вопли.
Пытают они его, что ли?
Мы с Мундалабаем успели закончить свою работу. Даже более того — Мундалабай уже поделил все найденное — сначала забил свой рюкзак, затем мой, сбегал к товарищам вниз и затарил их рюкзаки. Даже сгонял в квартиру, где пытали пленного, и притащил рюкзак Дисы, Строгова, заполнив и их тоже.
Впрочем, «заполнить» — это не то слово. У каждого из нас рюкзаки остались полупустыми, однако у каждого что-то там было.