Что происходит?
Ага! У окна, где восседал кладовщик, стоял татуированный тип. Тот самый, из маров.
Перед ним лежало нечто, больше всего напоминавшее пистолет, но был он какой-то странный…
— Что тебе не нравится, Хомут? — спокойно поинтересовался кладовщик.
— Всем нормальные стволы, а мне это?! — брызжа слюной, продолжал орать татуированный. — Давай автомат! Я знаю, что мне положено.
— Обойдешься, — с улыбкой ответил кладовщик, — ты в прошлый раз автомат получил, и что сделал?
Татуированный молчал, вцепившись руками в стол.
— Правильно! — продолжил кладовщик. — Расстрелял из него всю свою группу. Так что бери «Щелчок», и хватит с тебя. Может, прихлопнут, наконец, а то ты достал уже…
«Щелчок» …что-то знакомое…
«Ах, да! Револьвер!» — вспомнил я. Это оружие называлось так.
М-да…пожалуй, вояки решили оторваться по полной, дав татуированному это подобие оружия. Дело в том, что «Щелчок» был крайне паскудного качества. Кривой и косой, часто дававший осечки.
Но, тем не менее, он пользовался огромным спросом на более-менее развитых планетах.
Хуже «Щелчка» просто не могло быть.
Но, как оказалось, я ошибался.
— В последний раз спрашиваю: берешь «Щелчок»?! — рявкнул кладовщик.
— Нет! — буркнул татуированный.
— Окей, — кладовщик внезапно успокоился, а охранник, стоявший неподалеку от меня, расплылся в ехидной улыбке.
— На! — кладовщик положил перед татуированным типом новое оружие: нечто вроде короткого ружья.
Почему-то в моей голове всплыло слово «обрез», ассоциирующееся с этим оружием. Хотя вроде ничего подобного раньше не видел, и даже о таком не слышал.
— Это еще что за дерьмо? — обомлел тот.
— Шедевр военной мысли ушедшей эпохи! — хохотнул кладовщик. — Оружие самозащиты, модель на два патрона.
"— Да пошел ты на… — начал было тип, однако охранник был готов к такому: он попросту схватил татуированного за шиворот, ловким движением развернул лицом к двери, а затем мощным пинком отправил наружу, запустив следом сверток с броней и рацией, а также «шедевр военной мысли ушедшей эпохи», тот самый ОСЗ-2, и пачку патронов к нему.
Далее все пошло спокойно. Никто не возмущался, не качал права.