— А ну пошли ко мне, — приказала Юля Тильде, — поговорим в тишине.
Глава 31
Оставив дочь и гостью одних, Настя ушла на кухню, она решила испечь пирог. Хозяйка полезла в шкаф, обнаружила отсутствие муки, вздохнула и посмотрела на часы. Сельпо находилось рядом, да только в нем продукты далеко не первой свежести, муку, как, впрочем, и многое другое, лучше покупать в соседнем городке, если поторопиться, то легко можно успеть на рейсовый автобус.
Купив сразу шесть кило крупчатки, Настя вновь поспешила на остановку, но тут ее ожидало горькое разочарование: старенький «Лиаз», давным-давно дышащий на ладан, сломался, и идти в Корь предстояло пешком.
Путь в принципе был недалек, и еще его легко можно было сократить, если пойти по берегу реки. Сообразив, что пирогов сегодня не завести, Настя подхватила пакет и порысила под горку, начинало темнеть, и оставшиеся пассажиры решили двигаться по шоссе.
— Настен, ты куда? — крикнула Ленка Махова, тоже приехавшая в магазин.
— Бережком пройдусь, — отозвалась Настя.
— Нет, — испугалась Махова, — там кладбище рядом, по дороге пойду.
— Охота тебе круг делать, — усмехнулась Бандина.
— Говорят, покойники вечером прохожих хватают, — прошептала Ленка.
— Ох и дура же ты, — покачала головой Настя, — живых бояться надо!
— Не, я по шоссе, — повторила Махова.
Настя спустилась к реке и пошла по тропинке, впереди мрачно шумел водопад, вокруг не было никого, и Бандиной вдруг стало страшно. Солнце еще не закатилось, но дневной свет начал меркнуть, сгущались сумерки.
Настя прибавила шаг и вдруг увидела сбоку что-то непонятное, похожее на кучу опавших листьев. Бандина шагнула левее и заорала. В кустах лежала мертвая девушка, та самая Соня, чье тело не нашли спасатели. И Настя, зажав рот руками, бросилась прочь от страшной находки, сумку с мукой она бросила.
Егор замолчал и уставился на меня, я вздохнул.
— Значит, вы придумали историю про раненую в избе бирюка?
Егор закивал.
— Это Юля сочинила, — признался он, — вмиг дело устроила, мы с матерью лишь подчинялись!
Я подпер голову руками и продолжал слушать его рассказ.