Поскольку я знал, из чего сделан торт, то смело сунул добытый в честном бою ломтик в рот. Сначала я вкуса не почувствовал, потом стало сладко, очень сладко, тошнотворно сладко, омерзительно сладко.
Я выплюнул несъеденный кусок в мусорное ведро, но, если учесть, что впервые выступал в роли кондитера, я недурственно справился с задачей. Да, торт получился излишне приторным, но в сочетании с кислым морсом может изумительно пойти. Одна беда, его невозможно порезать. Мой взгляд упал на часы. Скоро придет Алена, и что предложит ей Монти? Может, пропустить торт через мясорубку? Натереть его на терке? Подорвать динамитом? Купить циркулярную пилу и раскромсать? Думай, Иван Павлович, если не найдешь выхода из положения, Николетта впадет в страшный гнев, да и Монти жаль, я не имею никакого права разочаровывать верящего в меня, как в бога, кузена.
И тут явилось озарение. На легких ногах, резво, как молодой гепард, я сносился в супермаркет, купил там кремово-бисквитное безумие под названием «Лесная поляна» и баллончик взбитых сливок.
Торт стал похож на лысину Владимира Ивановича, по бокам коричневый, сверху бежевый. Но мне нужно, чтобы выпечка смотрелась, так сказать, непрофессионально. В порыве вдохновения я написал на бывшей лесной поляне при помощи баллончика буквы «А» и «О», затем осторожно засыпал проплешины порошком какао и отправился будить Монти.
— Ванечка, — закричал кузен, увидев шедевр, — это ты сам сделал?
— Конечно, — гордо кивнул я, — скажешь Алене, что это ее инициалы.
— Восторг.
— Ничего получилось.
— Волшебно.
— Обычно.
— Ты гений, Ванечка.
— Право, Монти, подобная ерунда не нуждается в похвале.
— Ванечка, что бы я без тебя делал? — кинулся мне на шею кузен.
Я попытался вывернуться из его объятий, и тут дурачок увидел дыру в столе.
— Ванечка, — с изумлением поинтересовался Монти, — а это откуда?
Меньше всего мне хотелось говорить восторженному Монти правду.
— Видишь ли, к нам влетел метеорит, — ляпнул я, не подумав.
— С неба?
— Да.
— На кухню?"
"— Верно.
— А как он сюда попал?
— Через окно.
— Ванечка, — прошептал Монти, — а куда камень из космоса делся? Я никогда не видел ничего подобного!
Вместо того чтобы ответить: «Он проломил стол, упал на пол, подскочил, опять вылетел в окно и исчез в неизвестном направлении», я, глядя на счастливое лицо Монти, вновь совершил ошибку.