— Ладно, это неинтересно, — оборвал меня Владимир.
Несмотря на хамоватость заявления, я испытал к писаке благодарность.
— Лучше поговорим о метеорите, — продолжал Коэн.
— О чем?
— О булыжнике с неба, — прошептал Владимир, — ваша сестра предупреждала, что вы являетесь малообщительной, асоциальной личностью, но ведь не до такой же степени? Представляете наш тираж?
— Нет.
— Миллион.
— Чего? — не понял я.
— Человек, конечно, — заржал Владимир, — послезавтра вы проснетесь звездой.
— Почему? — окончательно растерялся я.
— Вашу фамилию Подушкин увидят три миллиона наших читателей.
Я попытался понять Коэна, потом машинально поправил борзописца:
— Секунду назад вы сказали, что у вас тираж миллион.
— Точняк! Но каждую «Клубничку» замусоливает минимум три человека, а может, даже пять. Вот какую славу получишь, — без особого стеснения перешел он на «ты», — давай живенько про метеорит! Значитца, ты стоял на кухне в тот момент, когда мужик с собачьим именем Монти пек торт. Этот Монти вышел на пару минут, и тут в комнату вломился метеорит! Опиши свои ощущения.
Меня внезапно озарило, сразу вспомнились каменюка-торт и простофиля кузен с коржом в неуклюжих лапах.
— Кто вам сообщил про небесное тело? — простонал я.
— К твоей сестре программа «Ненормальные новости» рванула, — словоохотливо пояснил Коэн, — в съемочной группе герла есть, она звякнула и говорит: «Хватай, Вовка, Подушкина, эксклюзив состряпаешь». В завтрашний номер не успеваю, его уже сверстали, но через день выстрелим сенсацией.
— Извините, — сдавленным голосом произнес я, — сейчас… э… я в ванной, душ принимаю.
— Не вопрос, — гнусно захихикал Владимир, — понял! В койке с девочкой. Завидую. Мне предстоит трахаться с материалом. Заканчивай и звони. Жду! Чао, Подушкин.
В нормальном состоянии я бы возмутился, услыхав подобные речи, но сейчас воспринял «выступление» Коэна абсолютно спокойно, в душе жило лишь одно желание — немедленно связаться с Николеттой.
Глава 15
— Квартира госпожи Адилье, — промурлыкал слащавый тенорок.
— Позовите Николетту, — нервно приказал я.
— Она занята.
— Сейчас же дайте Николетте трубку.
— Это невозможно.
— Послушайте, кто вы такой?
— Пресс-секретарь госпожи Адилье, можете называть меня просто Монти.
— Монти! Ты меня не узнал?
— Ваня!
— Не кричи, а подтяни маменьку к аппарату или принеси ей телефон.
— Ванечка! Тут такое!
— Какое? — мрачно спросил я.
Монти, захлебываясь от восторга, начал излагать новости.