Однако Игнатов, кого карманные СМИ Чуднова поливали с остервенением, разумеется, не принадлежал к числу слабонервных. К тому же сам компромат на Игнатова выглядел не очень убедительно: в статейках о нем были обильно рассыпаны бездоказательные намеки на криминальное прошлое и настоящее Игнатова, на контрабанду оружия и прочее.
Читая всю эту «сливную» чушь, Колян интуитивно чувствовал здесь какую-то правду: видимо, журналисты раскопали кое-какие темные сделки концерна. Но он не мог знать, что компрометирующий Варяга материал предоставил Чуднову коронованный вор Закир Большой.
Организованная Чудновым газетно-телевизионная кампания проходила под лозунгом «Мафия и власть»: журналисты предупреждали общество о грозной опасности, угрожавшей ему в лице Игнатова — Варяга и ему подобных. Чудновские писаки грамотно били в одну точку, не обременяя себя доказательствами. Перечислялись связи Варяга в криминальной среде и в политических кругах, вспоминали о той финансовой поддержке, которую концерн оказывал ряду общественных организаций и средств массовой информации.
и делали вывод о том, что Варяг — классический пример того, как мафия рвется во власть.
Но и Варяг не сидел сложа руки. Буквально через неделю после начала кампании Чуднова против Игнатова вдруг выяснилось, что существует немало журналистов, горячо симпатизирующих Игнатову. Не имевшие к нему, казалось бы, никакого отношения газеты, телеканалы и радиостанции вдруг принялись его рьяно защищать. Особенно старался влиятельный «Московский экспресс», напечатавший целую серию колких материалов против Чуднова.
Варяг, как и тысячи других жителей России, изрядно веселился, читая статьи про Чуднова в «Московском экспрессе». Когда в его кабинет вошел полковник Чижевский, Варяг все еще продолжал улыбаться.
— Веселитесь, Владислав Геннадьевич, — сказал с упреком бывший кэгэбист.
— Да вот читаю, как мои ребята разделали господина Чуднова. Это ведь я их нашел, — с детской гордостью сообщил Варяг.