— Запомни, Ахельм! Мне не важно, кто чего мне простит или не простит! Я сам могу решать свою судьбу, а жизни тех, кто со мной рядом и зависит от меня — в безопасности. А то, что лучший — это хорошо.
Вижу недоверие в его глазах и добавляю:
— И с Кримом я все решу, сейчас он будет вылечен моей силой! Божественной силой!
— Что у тебя за сила? Не дьявольская ли она? — сомневается кузнец.
Ага, понятие про дьявола здесь тоже имеется, что мне удобно.
— Сила у меня божественная, если я трачу ее на добрые дела.
Немного двояко по смыслу получилась фраза. Облегчить страдания можно — если прикончить раненого. Поэтому сомнения снова явно появились на простом лице кузнеца Ахельма.
Я снова повторяю ритуальный жест, даже три раза подряд и подхожу к лежащему без сознания воину.
— Отойдите, — обращаюсь ко всем трем помощницам, однако девчушка закрывает раненого своим телом.
— Ахельм, поговори с ней, пока я буду занят Кримом, — обращаюсь я к кузнецу.
Дюжий мужик как-то мнется, кажется, не очень знает, что ему делать в такой ситуации.
— Ахельм, неужели ты позволишь чужаку добить Крима! — вдруг пищит не слышавшая наших с кузнецом разговоров девчушка и этим подталкивает уже почти смирившегося с моим доминированием кузнеца к активным действиям.
Он на что-то решается, даже замахивается на меня копьем и бьет меня в ногу, то есть имитирует удар на самом деле.
Просто пугает меня, чтобы я ушел от раненого и не создавал трудную для него морально ситуацию. Раз девчонка настроена непримиримо и не собирается допускать меня до тела раненого
Я сразу отскакиваю и скидываю свои вещи на землю, потом наклоняюсь вперед, реагируя на второй, уже более-менее серьезный удар. Перехватываю древко за наконечником на лету, дергаю на себя и потом обратно, отвешиваю мужику пяткой копья жесткий удар в грудь, так что кузнец улетает в кусты.
Как ни цеплялся за древко двумя руками, противостоять моей силе не смог, да и не ожидал такого маневра кузнец.
Девчушка оторопело смотрит на внезапно исчезнувшего с глаз защитника, потом выхватывает короткий нож откуда-то из-под своей домотканой юбки и скачет передо мной, размахивая им. Прямо, как смешная козочка из мультика.
Копье осталось у меня в руке, однако воевать с ней мне не приходится.