До нас от замка метров триста, есть где разбежаться и как раз в сотне метров от нашего холмика несколько здоровенных глыб из гранита разлеглись на дороге у противника.
Я пока слез с лошади и отдал ее Криму, сам целюсь из фузеи в дальний от нас валун. Пускаю несколько импульсов, чтобы пристреляться к нему и тут как раз со ста пятидесяти метров на мой купол начинают прилетать стрелы.
Не все урги хотят нас взять живьем и медленно поджарить на огне, некоторые начали догадываться, чем грозит им мое страшное оружие, убивающее молча и мгновенно.
Поэтому град стрел неистово бьется об купол и отскакивает по сторонам.
Некоторые враги начинают кричать одно слово и замедляют ход, показывая, что нужно бросить со мной разбираться своих шаманов. Универсальное оружие против всего непонятного для диких степняков.
— Это самые умные похоже. Почувствовали, что нас вместе с лошадьми защищает какая-то сила и хотят уровнять шансы.
Однако основная толпа не самых умных ургов уже в зоне поражения фузеи.
Ничего, я уже тоже пристрелялся, поэтому пускаю первый заряд аннигиляции, который пролетает все же мимо валуна и проносится через нескольких степняков насквозь, врезаясь в землю позади бегущих. Взрыв, состоящий из земли и нескольких камней наносит ущерб атакующим, но совсем небольшой.
— Черт, перелет! Придется снять оптику с карабина и приколхозить его на фузею, — запоздало понимаю я и снова пускаю аннигиляцию, теперь сделав поправку после первого промаха.
Сгусток влетает точно в середину валуна, снова как бы всасываясь, секундная тишина, потом происходит негромкий взрыв с небольшим облаком земли и пыли.
Взрыв то негромкий и не сильно страшный, однако действие его поразительное.
В радиусе полсотни метров не осталось никого целого и невредимого. Осколки с аннигиляцией, как я называю это действо, пронзили по несколько тел сразу, теперь рухнувшие молча ряды степняков явно говорят о наличии у меня чудовищного по силе оружия уцелевшим вождям племен.
Большая дубина в руках прогресса! И это мои руки ее крепко держат.
Больше половины воинов точно перебито, есть немного только раненых, а под командованием уцелевших вождей осталось не больше трети ургов.
— Ааааа! — громко стонет от поразительно зрелища позади меня Крим, собравшийся снова было помереть вместе с хозяином.