Есть о чем голову поломать, но сейчас уже не до этих проблем внезапно оказалось.
Ведь я к своей огромной радости обнаружил, что капсула наконец вернулась на свое место. Бросаю возиться с неудачниками и спешу к ней с остатками вещей, первым делом определяя, сколько в ней осталось энергии.
— Отлично, она не полностью пустая, пятьдесят или немного больше процентов энергии имеется!
Я сразу же перекачиваю энергию первого Палантира в нее мощным потоком. Через пять минут второй идет в ход, еще такое же время проходит и капсула полностью заряжена, а у меня еще процентов двадцать маны осталось в последнем Источнике.
Ну, зря его у Брата забрал, только кто же знал, что так выйдет! Что капсула не всю энергию каждый раз расходует.
Теперь буду знать на будущее.
Предчувствие говорит, что мне пора очень торопиться, поэтому я не слушаю крики пленных, которые по долгу службы хотят отвлечь меня от важных дел. Кричат что-то и пытаются развязаться изо всех своих сил, только не просто это проделать с моими узлами в полной темноте.
"Нажимаю маной кнопку запуска на спинке каменного кресла и через минуту оказываюсь в закрытом пространстве. Мое барахло завалило меня со всех сторон, я раскладываю его и распихиваю куда могу. Слава Богу, в этот раз капсула оказалась немного больше прежней, мне это еще при отлете Брата показалось, поэтому я как-то могу дышать и двигать рукой.
Быстро проверяю установки после Брата — третья планета в списке, Храм недалеко от экватора, время здесь не выставляется.
— Все, запомнил! — и я начинаю вводить свои данные.
Потом еще раз их проверяю внимательно, не вижу никаких ошибок и нажимаю третью клавишу.
Пора улететь отсюда!
Капсула так же провисела с десять минут, прежде чем исчезла в полной темноте.
Только я этого уже не увидел.
Как и то, что за это время кто-то из пленных смог развязаться, справиться железными пальцами и зубами с крепко затянутыми узлами и бросился по моим следам. Только куда я ушел, они едва могли слышать под тентом при своей возне, поэтому где именно меня сейчас искать — большой вопрос.
Бросился только один, второй лежит на тенте и ему по-прежнему плохо, тем более руки-ноги замерзшие только начали отходить.