Значит, не нужно.
Увлекшись грабежом, смерды выгребли и увязали с собой даже сыр и пиво из здешних погребов, мороженую курятину и копченую рыбу с ледников. Наверное, смерды и лед бы прихватили – да заподозрили, что не довезут.
Погребальное пламя полыхнуло только к вечеру, в ранних серых сумерках, и заночевали путники не на полпути к Великим Лукам, а все на том же дворе, запершись в надежной прочной конюшне и распределив между собой время дежурства. Впрочем, на этот раз их не потревожил никто, и с первыми лучами солнца длинный обоз из тридцати тяжело груженных подвод двинулся в путь под противным моросящим дождем.
«Пешими скорость километра три будет, – прикинул Андрей. – С привалами тридцать километров в день получится, за три дня – девяносто километров. Девяносто километров – всего один переход на хороших сытых скакунах.
Дождь моросил не переставая, поэтому в полдень на привале огня разводить не стали – где в такую погоду сухой валежник добывать? Перекусили ветчиной и копченой рыбой, что нашли в брошенных погребах, дали небольшой отдых лошадям, напоили их, подкормили пшеницей – и двинулись дальше. Дорога шла почти по прямой, продираясь сквозь близко растущие вязы и липы.
– Эй, мужики, – оглянулся на возчиков Зверев. – По какой магистрали дальше ехать? Дорогу на Великие Луки знаете?
– Вроде как налево… – предположил один из парней. – По здешним дорогам местные завсегда чаще катаются, они шире и наезженей.
Уходящая влево просека и вправду выглядела еще хуже, чем прежняя их дорога.
– Уверен? – строго переспросил Андрей.
– Вроде как туда раньше ездили… – промямлил парень.
– Туда, не туда, – поморщился князь. – Не помнишь, так и скажи!
– Вроде тама о прошлом разе ехали… – еще тише выдавил из себя смерд."
"Зверев только головой покачал. Однако другого проводника все равно не было, и он, перекрестившись, свернул-таки влево.