Все, кроме Оксаны и Любы, вышли – и оказались в коридоре, подобном тому, первому, но ярко освещенном на всем протяжении. Здесь было видно, что он все-таки заворачивает, хотя и очень плавно. Люди прошли метров сто, пропустили Андрея в комнату с большими окнами, мягкими диванами вдоль стен и большим столом у стены напротив входа. В окна был виден медленно проплывающий сельский пейзаж, пол слегка покачивался. Полное впечатление того, что они катятся в почтовом дилижансе где-то между Калугой и Тверью."
"– Теперь рассказывай.
– Вам чего, правду, что ли, сказать?
– Естественно! И смотри у меня, если попытаешься соврать… Я сразу все пойму!
– Правду так правду, – опустил руки князь. – Я колдун, хотел попасть в будущее, в начало двадцать первого века.
– Врет! – нервно хохотнула одна из женщин. – Как он может попасть в двадцать первый, если сейчас только восьмой!
– Да уж догадываюсь, что не восемнадцатый, – скривился Зверев. – Похоже, волхв опять чего-то не рассчитал.
– Это у тебя что? Ножи? – Тощий перехватил «пистолет» двумя руками. – А ну, снимай! Дай сюда! Милена, возьми у него…
Андрей расстегнул пояс, передал его темноволосой женщине с маленьким носиком и пухлыми губами:
– Осторожнее, не порежьтесь.
– Ух ты, это что? – Женщина прижала ремень локтем, потянула на свет булатный сабельный клинок. Ремень выскользнул, дернул ножны, те сорвались, стукнулись об пол, упали набок, и вынутая наполовину сабля скребнула Милену по ноге ниже колена, срезая тонкую ткань и вспарывая кожу. На ране тут же крупными каплями проступила кровь. – А-а-а!!!
– Ну я же предупреждал! – развел руки Зверев.
– Не шевелись! – взвизгнул мужчина, приседая возле пострадавшей.
– Что делать?
– У вас аптечка тут есть? – поинтересовался князь. – Бинты, йод, антибиотики?
– Клей! Русана, клей медицинский достань!
Девушка с длинной косой и пронзительным взглядом кинулась к диванам, пошарила за спинками, вернулась с флакончиком, похожим на дезодорант, сдернула крышку, пшикнула на рану. Пострадавшая заорала еще громче, послышалось шипение.