Кавалеристы на отдохнувших конях пошли рысью, то и дело норовя вырваться вперед танковой колонны. Два часа ходу – и взорам открылось довольно крупное селение. За крайними избами возвышались несколько каменных домов, дымили черными жирными клубами три котельных, время от времени слышались паровозные свистки.
– Аганерово, – тут же угадал опытный Шеремет. – Станция. Уж за нее-то немцы драться будут злобно. Без нее им к Сталинграду даже дырявой подметки не довезти."
"Танки, не снижая скорости, начали разворачиваться в боевой порядок.
Тут будет реклама 1
Эскадроны – тоже. Когда до поселка осталось всего около километра, первый раз жахнули пушки, спрятанные справа и слева у крайних домов. «Тридцатьчетверки» начали бодро отвечать, массированным огнем перемешивая позиции противника с землей. Метров через двести из-за снежных сугробов застрекотали пулеметы, захлопали винтовочные выстрелы. Но вот пушки к этому времени успели замолчать, и танки повернули свои стволы против новых огневых точек. Кавалеристы же сбились за бронированными машинами, прячась от дурных пуль.
Тут будет реклама 2
Время от времени то тут, то там спотыкалась лошадь, кувыркался по земле человек – это выглядело не столь ужасающе, чтобы поворачивать и бросаться наутек. Зверев опять сунул руку в темляк и потянул шашку на свет: с нею, как ни странно, он чувствовал себя куда увереннее, нежели с кургузым «ППШ».
– Инстинкт далеких предков, однако…
Насколько точно били танкисты, понять было трудно: впереди все белое, ровное. Только красные огоньки.
Тут будет реклама 3
Потом десятки частых разрывов – и все стало черным и перекопанным. Новые огоньки – новые разрывы. Снова огоньки – опять разрывы. Еще двое казаков вылетели из седел, приняла пулю точно в голову идущая рядом с самым танком лошадь. До вражеских позиций осталось триста метров… Двести… Сто… И фашисты побежали! Они выскакивали прямо под пулеметные очереди «тридцатьчетверок», бросали тяжелые винтовки и мчались к совсем близким мазанкам.
– Румыны, – презрительно бросил Шеремет и тоже обнажил клинок.
Тут будет реклама 4
Танки нагнали бегущих людей и перестали стрелять. Удрать от стремительного врага оккупанты все равно не успевали. Кто не оглядывался – попадал под гусеницы танков. Кто отскакивал от тяжелых боевых машин – тех рубила конница. Андрей успел дотянуться до двоих, легко и точно чиркнув им отточенной сталью сбоку под основание шеи. Легкое прикосновение – и захватчик врезается головой в ту самую землю, которую так хотел отобрать у ее народа.
