Разумеется, все это вы будете делать молча и не покидая снятого особняка, так как вам надо беречь свое больное горло. Кстати, вполне возможно, что перед отъездом вам все же придется посетить какой-нибудь дорогой публичный дом – и я надеюсь, вы проявите себя с самой лучшей стороны. Все нужные подробности до вас доведет Валентин Иванович. Справитесь?
С немалым интересом оружейный магнат наблюдал, как примерный семьянин и отец троих детей переводит в более привычные понятия свое первое задание, а затем осознает, что ему предстоит пьянствовать, предаваться безудержному разврату и шиковать.
– Так точно, вашсиятельство! Не извольте сомневаться, все силы положу, но сделаю!
«Какой энтузиазм – глаза горят, а сам аж светится!.. Вот что бывает, когда работа людям в радость…»
Небольшая берлинская кофейня в утренние часы была немноголюдна – несмотря на свои относительно скромные размеры, она являлась довольно дорогим заведением, ориентированным исключительно на обеспеченных ценителей прекрасного напитка. Четыре сорта отборнейших кофейных зерен, две дюжины рецептов приготовления, джезвы[50] из кованой меди и специально обученный персонал заставляли посетителей приходить в кофейню еще и еще, ради небольшой чашечки НАСТОЯЩЕГО кофе.
– Михаил Осипович, должен вам сказать, что вы весьма обстоятельный человек. Пять дней на ответ! Право же, не думал, что это будет для вас настолько… сложно.
Инженер, преподаватель, и, ко всему, можно сказать, что скромный гений от электротехники с польской дворянской фамилией Доливо-Добровольский, в ответ лишь сурово нахмурился, категорически не усматривая никакой веселости в поднятом вопросе.
– Касайся дело каких-нибудь незначительных мелочей, ответ был бы сразу. Но тут решается вся моя будущность, поэтому я полагаю, что любая спешка будет неуместной. Гхм. А обстоятельность – совсем не последнее дело для любого ученого-исследователя.
– Разумеется. Итак, что же вызывает у вас сомнения на этот раз?
Один из наиболее успешных служащих германской Всеобщей электрической компании тут же положил перед собой документ, уже давненько называемый в Российской империи «золотым контрактом».
– Кто будет моим непосредственным руководителем?
– Вы слышали что-нибудь об Александре Николаевиче Лодыгине?
Инженер немного замешкался с ответом:
– Только самое лучшее.