Хотя бы на половину стоимости контракта, в который, между прочим, будет входить и модернизация патронного завода под выпуск боеприпасов на бездымном порохе.
«Ну и что с этой нищеты можно взять? Оставшиеся вольфрамовые рудники, немного оловянных, ртуть, еще вино у них хорошее. Все вроде? Да уж, негусто!.. Эх, где бы взять миллионов десять – двадцать? А лучше тридцать – сорок. Опять кого-нибудь пограбить, что ли?»
Закончив читать отчет из Цюриха, Александр вернул его в саквояж и пододвинул поближе газеты – с тем чтобы через довольно короткое время отбросить их прочь.
«Кому-то скандал, а кому-то нормальные свечи зажигания для двигателей!»
В немецком городе Штутгарте сильно захворал мало кому известный промышленник, инженер и изобретатель Роберт Бош. Болезнь его была нервного свойства – проще говоря, иногда у него приключались такие видения, что окружающие прямо даже и не знали, что думать – то ли он душевнобольной, то ли пророк.
«Потому что не всякие грибы можно кушать – даже если и не знаешь об их наличии в еде».
В другом городе объединенной Германии, славном своим университетом и компанией по производству оптического стекла, один из технологов этой самой «Schott & Genossen Glass Works of Jena» – по зрелом размышлении все-таки решил обеспечить будущность своих детей. Надо сказать, что обхаживали его нежно и очень осторожно, и это обстоятельство сыграло далеко не последнюю роль в положительном решении вопроса о сотрудничестве… все с теми же «неустановленными лицами».
– А вот в Англии неудобно получилось."
"Действительно, здоровье английского физика Оливера Лоджа оказалось слишком слабым для ударной дозы спорыньи[77]. Наверняка сказалось и отсутствие должного опыта и сноровки у германских студентов, навестивших известного профессора… Впрочем, от ошибок никто не застрахован. Наверное, именно по этой причине Чарльз Алджернон Парсонс, довольно известный инженер и изобретатель, избежал разного рода видений и душевных расстройств.