Поверьте, он не из тех, кто проявляет благотворительность. Он… способен на многое.
— Можно подумать, будто у меня есть выбор, — пробормотала я, рассматривая «документ». На ощупь он напоминал нашу пластиковую банковскую карту. И тут стразы. А-а, это ж «кристаллы»!
За спиной раздался звон разбитого стекла и мы одновременно обернулись: Няш, с мордой, перемазанной в соусе, прижал к голове уши и попытался заползти под стол. Мохнатая задница не влезала, и стол, вместе с посудой, угрожающе закачался.
Мы одновременно рванули к столу в попытке спасти посуду и оставшийся ужин:
— Няш! Фу!
— Нельзя! Ешьте, пока эта скотина всё не сожрала.
— И вы не заберете его? — Дарий, скрестив на груди руки, прислонился к косяку двери в ванную.
Ройстин расплылся в озорной мальчишеской улыбке:
— Теперь он — ваша забота. Никого больше слушать не будет.
— Но почему? Вообще кто или что он такое? Он и нас то слушал через раз, ну и… — я развела руками, — К тому же привел вас…
— Иди сюда, — Ройстин присел на корточки и помани к себе пальцем нашкодившую зверюгу.
Ройстин ласково потрепал Няша за уши и погрозил кулаком перед носом:
— Это — двон-рас — малыш-полукровка. Редкий случай — смесок химеры. Думаю, ваш спутник объяснит вам подробнее. Еще раз — приношу свои извинения. — Ройстин склонил голову, вытащил знакомый флакон и протянул Дарию:
— Вы поймете. — наместник уже открыл дверь и на пороге, задержавшись, бросил через плечо:
— Леди Тереза… Если понадобится помощь, вы можете вернуться сюда.
— А госпожа Китолим разве не будет против? — брякнула я зачем-то.
— Госпожа Китолим — моя сестра. Я не женат. — лукаво сверкнул глазами наместник и исчез за распахнутой дверью.
— Пожалуй, мне это знание лишнее — пробормотала я. — Дар, что это было?!
Дарий осторожно понюхал пустой флакон:
— Похоже ты ему понравилась, а это, — он подбросил склянку в ладони и закинул в «утилизатор» — Сжигает все «следилки».
— А предупредить нельзя было?!
— А ты б позволила? — усмехнулся «магистр». — Уходим сейчас. Не будем ждать утро.
Я заартачилась. Со всеми этими драками, проверками и наместниками я совершенно забыла про голод и сейчас он напомнил о себе с новой силой.
А после «ночного зажора» меня разморило и я уснула…
Глава 25. Тереза
Просыпалась я тяжело. Голова гудела, словно я прогуляла всю ночь.