Майя. Игрушка Шейха (СИ)

– Бегом – вешать свое барахло! Белую сорочку нацепила?– спрашивает она, критически оглядывая меня и останавливаясь взглядом на уродливыхсапогах.

– Как просили, белый верх, черный низ,– стеснительно поправляю юбку карандаш ниже колен на ладонь. Не мой стиль одежды. Вроде бы все скромно, по– офисному, а ощущения неуютные… Мне бы мою привычныю широкую толстовку с джинсами…

– Ладно,– говорит она чуть спокойнее,– не забудь взять у Ирины Коршуновой бэдж и сделай что– то со своими сапогами уже! Стыдоба! Вообще– то люди в такую погоду сменку с собой берут, если не могут по улицам аккуратно ходить!"

"Заведующая кафедрой умела окатить ушатом презрения, когда нужно.

За спиной мы называли ее Круелла в честь знаменитой злодейки из детского мультика – за любовь к широким шубам, старомодную прическу– начес, привычку курить на крыльце института в перерывах между парами тонкие сигареты на мундштуке. Жена высокопоставленного дипломата на пенсии, она все еще жила воспоминаниями о командировках мужа с пафосными светскими раутами и педантичностью протокольных заморочек в виде длины юбки и цвета лака ногтей.

С ногтями у меня все было хорошо– ненавязчивый френч, который я неплохо делала себе сама. Но вот к волосам та сегодня моглаприкопаться, конечно. Только сейчас об этом подумала. Дело в том, что я никогда не закалывала волосы. Просто патологически не могла терпеть все эти крабы и резинки– они стягивали мне голову, заставляли ее сжиматься в болезненных конвульсиях, просто лишали возможности думать.

Всегда просто вымытые распущенные длинные волосы. Ничего преступного и зазорного для девочки девятнадцати лет, не считаете? Но вдруг сейчас осенило, что и это могло сегодня выбесить Круеллу.

– Ты где шаришься, Май?– шипит на меня подруга Ирка с курса, поставленная распределять бэджи,– так, все крупные страны уже распределены. К заливникам– эмиратчикам и саудам– поставили парней. Ирак, Сирия и Ливан тоже ушли у тебя из-под носа, пока ты тупила.

Я печально вздыхаю. На самом деле арабский язык не один– диалектов ровно столько, сколько стран в регионе, а иногда и по несколько на страну. Есть литературный арабский– фусха– который мы учим в институте, универсальный язык, на котором общаются деловые круги, но его сходство с разговорными формами примерно такое, как между русским и языками других славянских народов. Все страны, чьи диалекты были более-менее понятны, конечно же, быстро разобрали.