Она… умиротворяет…
-Это правда… Не зря Асуан уже несколько веков является излюбленным местом отдыха европейской аристократии. Это тихая роскошь в самом истинном её проявлении. Здесь хорошо думать… Ты почувствуешь это ощущение. Я уверен, это место станет одним из самых твоих любимых… Впереди три дня, Майя. Я хочу, чтобы они запомнились тебе…"
"Мы поселились на настоящем корабле. Оказывается, такие называются дахабии- и представляют собой комфортабельный дом на воде с большим парусом. Огромная деревянная палуба позволяла комфортно проводить время за чтением и загоранием под солнцем, комфортабельные спальни со своими террасами- наслаждаться видом из окна, не вставая с постели.
-Если ты хочешь поселиться одна, мы поменяем корабль,- произнес Тамер, когда мы зашли в комнату, очевидно, отведенную нам на двоих.
Я нервно сглотнула.
-Нет,- мой голос прозвучал чуть более высоко, чем обычно.
Его руки легли на мои плечи.
- Не будет ничего из того, что ты сама не пожелаешь, слышишь?
-Да…
- Я не прикоснусь к тебе, Майя. Наш уговор не меняется. Ты сама скажешь, когда захочешь…
Снова кивнула.
Сейчас демонстративно скептически поднимать бровь и говорить ему, что вопрос не только в том, «когда», не хотелось.
Мы сблизились. Нас тянуло друг к другу. Для меня все это уже давно перестало быть игрой. Слова Алии тоже, конечно, подлили масла на мое и без того скворчащее сердце.
Я хотела Шейха. Я хотела, чтобы он стал моим первым мужчиной. Сейчас впервые было важно только настоящее. Я перестала думать о будущем. Я потеряла бдительность. Я не пыталась прищуриться и с опаской смотреть на то, что таило в себе будущее, которое сулил мне мой смелый шаг ему навстречу. Дура.
Глава 33
Ужин был сказочным. Дахабия тронулась от пирса и мы поплыли по степенному и вальяжному Нилу, наслаждаясь экзотической красотой зеленой сочной Африки на палубе и дегустируя колоритную и сытную кухню здешних мест.
Мо оказался очень легким и приветливым человеком и совсем не походил на грозного надменного араба в традиционном понимании. Теперь было понятно, почему Алия сохраняла такую раскрепощенность. Тамер сейчас, казалось, тоже сильно изменился.