Затем он рассказал мне, что случилось в Ургунди после того, как клан Скорцезе узнал о моей пропаже.
Оказывается, повоевали они совсем немного. Слишком много владеющих выступило на стороне Муатабара. Скорцезе со своим нулевиком сбежали через десять минут после начала боя. А взрыв, что мы слышали, когда возвращались к учителю был своеобразным прощальным аккордом от сбежавшего клана. Они каким-то образом умудрились заминировать арену, вот только к тому времени, когда прогремел взрыв внутри уже никого не было.
Представители всех кланов, присутствующих на турнире объявили охоту на клан Скорцезе.
Ещё в этот день раза три ко мне пыталась прорваться целительница. Пообещал ей, что спрыгну с обрыва, если она не прекратит меня домогаться. В ответ было лишь недовольное бормотание под дверью.
Ясмин отпустила меня на второй день. К этому времени я уже мог спокойно стоять, опираясь на ногу. Правда, ходить пока не получалось, ступня и пальцы пока отказывались работать. Это выглядело, словно у меня деревянный протез. Всё должно было прийти в норму в течение двух недель. А пока придётся походить и так. И что меня порядком расстроило забыть про тренировки.
Глава 29
До Газни меня вызвался везти Абдулла. На своём новеньком внедорожнике, купленном на деньги, что он выиграл, поставив на мою победу.
Воронцов, конечно, попытался упрятать меня в один из своих бронетранспортёров, но горец словно настоящий орёл отбил свою добычу, в моём лице, у кровожадного ворона и усадил в своё гнездо.
Правда — это гнездо должно теперь плестись в самом центре построения машин Кровавого Ворона. Но мы с Абдуллой оба были не против."
"В машине он отдал мне деньги, которые я выиграл на тотализаторе.
Абдулла трещал всю дорогу не умолкая. Он рассказывал мне о сражении с людьми клана Скорцезе. Причём описывал всё настолько красочно, словно сам принимал в нём участие. Мне его болтовня помогла ненадолго забыться.