— А теперь, Адалин, нам пора прощаться, — произнесла леди Кисарея, когда я вновь распахнула глаза.
— На этот раз уже навсегда, — добавила Грета и, весело подмигнув мне, произнесла, — Не подведи меня.
— Не подведу, — прошептала я, но уже в пустоту.
Богиня и ее младшая сестра уже испарились в воздухе. И в гостиной вдовствующей императрицы осталась я одна.
Когда я вышла за дверь и известила императрицу и лорда Рейнхарда о том, что богиня и ее сестра отбыли, Ее Величество лишь спокойно кивнула в ответ.
И если герцог был мужчиной, который никогда не терял самообладания и сохранял трезвый рассудок в любой жизненной ситуации, то спокойное поведение леди Тамиры казалось мне странным.
— Вы знали, кто на самом деле такая леди Кисарея? — осторожно уточнила я у вдовствующей императрицы.
— Скажем так, мы уже сталкивались, — загадочно произнесла она, — Много-много лет назад.
И в этот момент мою голову посетила совсем уж абсурдная мысль. А не могла ли быть императрица такой же попаданкой, как и я сама?
Ведь и со мной она себя вела совсем не так, как обычно монаршие особы ведут себя с подданными, и с сыновьями общалась так, словно они самая обычная семья, а не императорская династия, что крайне странно для дочери монарха, и развод вдруг у императора в свое время затребовала, когда это вообще казалось невозможным.
Кто может вспомнить в истории хоть одну женщину, разводившуюся с монархом? Если не считать современного мира и примера принцессы Дианы, конечно.
Так, может, и не такая уж это и абсурдная мысль?
Посмотрела на Ее Величество внимательно, словно пытаясь найти несоответствия или подсказки.
Похоже, если я и оказалась права, то никогда этого не узнаю…
— Насыщенный день, не правда ли? — приобнял меня герцог, едва мы остались наедине.
— И даже очень, — не могла я с ним не согласиться.
— Что ж, — вздохнул он, — Пока я буду переваривать все открытия сегодняшнего дня, предлагаю заняться делами поинтереснее, — чарующим голосом выдохнул он мне прямо в губы.
Я тут же вспыхнула, уже предвкушая то, что последует дальше. Но лорд Рейнхард оказался поистине коварным соблазнителем.
Мгновенно отстранившись, он пригладил пиджак и чопорным тоном произнес:
— Я говорю о назначении даты свадьбы, леди Адалин. А вовсе не о том, о чем вы сейчас подумали.