Об этом я догадалась уже сама, исходя из воспоминаний бедняжки и тех слов, которые поведала мне Грета.
Перед свадьбой Адалин даже мужа своего не видела ни разу. Но это не мешало ей, выросшей в отцовской любви и ласке, мечтать о счастливом замужестве и добром, преданном и любящем муже.
Вот только все мечты ее осыпались прахом еще в первую брачную ночь. Нет, герцог свой супружеский долг выполнил. И очень даже охотливо. Но сразу после этого поднялся, скривившись, и бросил сухие, жесткие слова о том, что с такой, как она, ни один мужчина удовольствия получить не сможет.
Вспоминая те ужасные для Адалин мгновения, я закипала от злости. А чего он, собственно, от девственницы-то ожидал? Что она ему мастер-класс в постельных утехах покажет? Словом, непроходимо тупой ящер…
Но это я, как опытная в подобных делах женщина, прекрасно понимала, что в мужья Адалин достался непроходимый кретин, способный думать только тем, что находится ниже пояса.
А вот бедняжка винила во всем себя и всю ночь рыдала, слушая, как в смежной комнате ее новоиспеченный супруг до рассвета развлекается с одной из горничных, готовивших ее к брачной церемонии.
После этой ночи лучше не стало. И герцог де Карто, заметивший потухший и забитый вид своей жены, посчитал, что поставил ее на место и ушел, что называется, в полный отрыв.
Весь медовый месяц Адалин наблюдала за тем, как спальню ее супруга каждую ночь согревают то приезжающие из столицы замужние дамы, то просто молодые женщины из прислуги.
Иногда герцог не гнушался тем, чтобы прямо посреди дня на глазах у жены зажать у стены какую-нибудь горничную и потискать ее. Горничные в таких случаях оставались в полном восторге и даже бросали высокомерные взгляды в сторону новоиспеченной герцогини.
Изменилось все после короткой поездки во дворец.
Переспал с ней герцог де Карто еще в первый день нахождения во дворце. Что между этими двумя происходило дальше, Адалин точно не знала, но через неделю возвращались в поместье молодые супруги уже не вдвоем, а втроем.