- Вы знаете, оказывается, господин Гаспар ухаживал за моей сестрой много лет, - объяснила девушка, любовно поглаживая брошку кончиками пальцев. – Они полюбили друг друга ещё в юности, ещё до Большого Холода. Тогда господин Гаспар служил помощником аптекаря. Бонна мне всё рассказала… Наша матушка была очень строгих правил, поэтому сестра назначала ему свидания тайком. Оставляла в церкви на скамейке цветок гиацинта. Сколько цветов – во столько она придёт. В наших краях гиацинт – это признание в любви. Чудесный цветок, верно?
- Да очень нежный и красивый, - у меня в голове не укладывалось, как госпожа Жердь назначает свидание цветочной кистью.
Это было всё равно, что заподозрить лошадь в умении петь.
- Но потом умерли родители, - Надин медленно застегнула шубу и говорила, как рассказывала сказку, - и Бонна отказала господину Гаспару. Она посчитала, что должна воспитать нас, а не думать о личном счастье.
- Могла бы выйти замуж и воспитывать…
– Есть такая поговорка, - сказала Надин уже без улыбки, - когда появляются свои дети, перестаёшь любить чужих.
- Мне тоже не понятен смысл, - и совершенно не понятно было, зачем она говорит мне всё это.
Но перебивать было невежливо, и я продолжала слушать.
- Бонна боялась, что у неё не хватит сил и времени на нас, когда появятся свои дети, - объяснила Надин. - Да и мужчины… Мало кто сможет быть настолько благородным, чтобы воспитывать чужих детей в ущерб своим.
- Не обязательно в ущерб… - и тут я сообразила, что только что услышала. – Подождите, Надин. Вы говорите, ваша сестра отказала господину Гаспару, потому что надо было заботиться о вас. Но ведь он сбежал перед свадьбой, и это было семь лет назад?
- Всё верно. Просто когда мы выросли, господин Гаспар снова сделал Бонне предложение, и она согласилась. А он сбежал.
- Постойте, постойте, - я, наконец-то, искренне заинтересовалась её рассказом. – Он ждал её с юности, прошло много лет, но всё равно хотел жениться, а потом сбежал? Где логика?
- Кто же ищет логику в делах любви? – философски пожала плечами Надин и этим очень напомнила мне Саджолену.
- Из-за красивой актрисы? – уточнила я.
- Господин Гаспар очень неосторожно похвалил её, - призналась она. – Но это была шутка, а сестра расстроилась.
- Представляю, что это значит на самом деле, - сухо сказала я.