Потом связался по защищенной ВЧ-связи со своим непосредственным начальником – командующим 10-й армии Западного фронта генерал-майором Голубевым и сообщил тому, что выполнить приказ штаба армии об оставлении Белостокского выступа и отступлении 6-го мехкорпуса в направлении на Волковыск – Слоним и далее на Минск не может, мотивируя невозможность выполнения этого приказа двумя причинами. Первая причина – состояние материальной базы и снабжения мехкорпуса после неудачного контрудара под Гродно не позволяет сейчас осуществить организованный отвод частей и подразделений корпуса по такому длинному маршруту.
И вторая причина – он, генерал-майор Хацкилевич, располагает достоверными разведданными о том, что наступающие немецкие войска уже замкнули кольцо окружения войск Белостокского выступа от его от флангов к центру и сейчас готовы к уничтожению советских войск, отступающих в район населенных пунктов Мосты – Волковыск – Слоним. Далее Хацкилевич сообщил командарму, что начинает мероприятия по сбору разрозненных отступающих войск под Белосток с цель их перегруппировки и организации Белостокского оборонительного узла, и предложил Голубеву, как командующему самой мощной армией на Белостокском выступе, принять командование войсками этого оборонительного узла.
И тут же убедился, что лейтенант Иванов оказался прав в оценке действий армейского командования при отступлении войск в своей истории – Голубев не хотел слушать никаких доводов, в категоричной форме требуя немедленного исполнения приказа на отступление.
Тогда Хацкилевич уведомил Голубева, что, принимая во внимание высокую вероятность уничтожения корпуса как боевой единицы, по совокупности двух указанных причин, он оставляет за собой право обратиться напрямую к командующему Западным фронтом генералу армии Павлову, после чего узнал о себе много нового и интересного, причем высказано все это было в крайне нецензурной форме, но своего решения не изменил.
"
"Павлова Хацкилевич знал достаточно близко, чтобы без особых дисциплинарных последствий обратиться к нему напрямую, минуя промежуточные уровни армейского и фронтового командования. Будучи не только танкистами, но и истинными энтузиастами танковых войск, они и раньше общались вне службы, но близко сошлись во время подготовки и проведения совещания высшего руководящего состава РККА в декабре 1940 года.
