Здесь и сейчас отступления тоже не наблюдалось, как, впрочем, не наблюдалось ни подготовки к наступлению, ни каких-либо мероприятий по организации обороны.
«Ну, с наступлением все понятно, – мрачно думал генерал-майор, наблюдая из окна своего Газ-61 лихорадочную и бестолковую суету военных на улицах города, их растерянные лица и расхристанный вид, открытые и брошенные нараспашку ворота складов и хранилищ, бестолковые сигналы зацепившихся кое-где бортами грузовиков. – Какое уж сейчас наступление, с таким-то воинством.
Обороны здесь тоже не наблюдаю, как не вижу и попыток командования 10-й армии по переводу своих частей и соединений к обороне. А ведь приказ о прекращении отвода войск всех трех армий с Белостокского выступа и о переходе к ведению оборонительных боев Павлов разослал еще вчера! Но уж отступление-то, хотя бы только из города, да еще в условиях отсутствия непосредственного контакта с противником – неужели нельзя было хоть как-то организовать?! Ведь эта истерическая и бестолковая суета без всяких признаков упорядоченности, без определения очередности и маршрутов выдвижения, – это вовсе не отступление, это самое натуральное и паническое бегство! Да, полностью прав был вчера лейтенант Иванов, хоть и горько это признавать.
Не готова сейчас Красная армия к войне, причем ни к какой войне она не готова – ни к наступательной, ни к оборонительной. И проблема, похоже, именно в командовании, – мои-то, вон, смогли же после поражения под Гродно восстановить в частях порядок и достаточно организованно отступить к Белостоку, а сейчас ускоренно восстанавливают боеспособность.
А этим, бестолково мечущимся по городу и вокруг него, похоже, вообще никаких приказаний не доводили. Однако же, в этом бестолковом и совершенно неорганизованном отступлении сейчас есть и один положительный момент. А именно – в таком беспорядке и хаосе, который сейчас творится в управлении войсками, возле Белостока и в самом городе скопилось очень много сил и средств в виде личного состава, техники и вооружения, до которых, похоже, высшему командованию армий нет никакого дела.
А сами эти войска пока пребывают в растерянности, но еще не побежали. Это очень удачно так сложилось, теперь надо срочно порядок наводить и иерархию командования восстанавливать».
С этими мыслями и планами Хацкилевич буквально ворвался в здание штаба 10-й армии. Но торопился он, как оказалось, зря и мог бы особо не спешить, потому что в штабе его никто не ждал.
