Малой кровью на своей территории

Лейтенант Иванов не только воевать хорошо умеет и бойцов своих бережет, зря под пули не подставляет, так он еще и понимает, что голодный боец – в плохоньком обмундировании и кое-как вооруженный – много не навоюет при любых тактических схемах боя и военных талантах командира. Причем не просто понимает, а прикладывает деятельные усилия для того, чтобы его бойцы были сыты, экипированы и хорошо вооружены. И его, старшину Авдеева, не просто поддерживает в вопросах улучшения снабжения, но даже слегка подталкивает в сторону всемерного укрепления материальной базы подразделения.

Вот как с хутором этим, например. Опять же, относится уважительно, по имени-отчеству обращается. А если такое дело – отчего бы не расстараться с нашим удовольствием, во всю широту души хозяйственной старшинской натуры."

"Вот на хуторе старшина и расстарался, сначала выполнив все указания лейтенанта Иванова по оборудованию тайников, а потом нагрузив трофейную трехтонку всяческими полезностями почти до предела грузоподъемности. Благо, на хуторе всего было в изобилии.

Консервы мясные и рыбные, сгущеное молоко, крупы в ассортименте, мука белая и ржаная, растительное масло, специи, чай, сахар, соль – чего только не натащили в свои подвалы и захоронки хуторские бандиты, ныне покойные. Были даже конфеты, из которых Авдеев отсыпал немного для встречных детишек. И это только из продуктов, а помимо них погрузили в «опель» несколько ящиков хозяйственного мыла, наборы ниток и швейных иголок, отрезы ткани, прорезиненные дождевики, резиновые сапоги и калоши, больше двух десятков керосиновых ламп, керосин в канистрах, скобяные изделия, а к ним топоры, пилы, прочий столярный и слесарный инструмент. И конечно же, курево, причем не только в виде пачковой махорки, потому что в бандитских закромах нашлись даже несколько ящиков дорогих папирос.

Остальное добро и бандитских женщин-пособниц Авдеев со своими помощниками передали с рук на руки прибывшей из Сокулки оперативно-следственной группе, после чего в темпе выдвинулись выполнять следующее поручение лейтенанта Иванова.

И уже спустя полчаса времени (и три километра расстояния) Авдеев, замаскировав «Опель-Блиц» и выслав один мотоцикл в дозор, а второй оставив в боевом охранении грузовика, сам, удобно устроившись в развилке ветвей на высоком дереве, осматривал в бинокль место, где разыгралась одна из многих и многих трагедий первых дней войны, финалом которой стала бессмысленная гибель под немецкими бомбами небольшой автомобильной колонны Красной армии.