Я помню, как она постоянно тихонько плакала ночью, когда думала, что никто не слышит, но днем она всегда улыбалась, веселила нас, готовила вкусную еду…
– Такие правила, Лесь. Такие правила.
– В задницу все правила, – ругается неожиданно. – Ратмир! Лисиц не обижай, – просит мягко. – Мои девочки…
– Наши девочки будут в порядке, ма. Я позабочусь о них, а ты пригляди за отцом, чтобы он хоть немного отдыхал.
– Ты в это веришь? Чувствую, что мы ляжем спать только, когда найдем предателя и всех виновников. Рат, береги девочек и себя тоже.
– Мы тебя тоже, ма.
Перебрасываюсь еще несколькими словами с отцом, прощаюсь.
– Правила ты знаешь, Ратмир.
– Да, знаю. Найди того, кто поднял руку на Анваровых.
– Найду и заставлю пожалеть, – обещает напоследок.
Быстро отключаюсь.
Лишний шорох и панику наводить не стоит. Из дома выйдем как ни в чем не бывало, чтобы не вызывать подозрений. В голове быстро раскручивается план действий на такие ситуации. Легкий страх за жизнь родителей в первые несколько секунд туманит разум, парализует.
Собираю самое необходимое сам, накидываю прислуге план на вечер, заказываю ужин, якобы будут гости. Веду себя, как ни в чем не бывало, сообщаю о намерениях провести время с сестрами и вернуться к обеду…
После этого быстро поднимаюсь наверх, в комнату Ксюхи. Застаю картину, которую можно увидеть редко: сестры сидят на кровати и держатся за руки.
– Вставай, ревушка. Готовы?
– Да, готовы, – отвечает Ксюха за двоих.
– Сюда, – прошу. – Буду осматривать.
– Ратмир, мы вообще-то уже большие девочки! – вяло возражает Тамара.
– Угу. Из лифчика телефон достань. Не то сам полезу.
– Томка! – шипит Ксюха, когда мелкая достает из лифчика небольшой телефон. – Это мой! Когда стибрить успела, заноза?
– Это ты заноза в заднице, правильная. А я со скуки могу умереть.