Эмоции и страсть сплетаются вихрем, возносящим куда-то вверх. Я цепляюсь за его широченные плечи, постанывая.
Между бедер мгновенно расплескивается жидкий огонь. Ратмир перекатывает меня на спину и забирается сверху.
– Раздвигай ноги.
– Да пошел ты, – отвечаю ему с улыбкой.
Внутри гуляют горячие волны. Сладко екает, кружит, приподнимает… и снова начинаются качели.
– Потрахаемся. Я чувствую, ты это хочешь!
Он демонстративно сжимает пальцами свой восставший член, твердый и налитый желанием. Красивый член… Я, наверное, сошла с ума, но меня буквально сводит желанием почувствовать его член.
Ноги подрагивают, липкая влага собирается между ними, стекая по бедрам.
– Раздвигай ноги, Лиличка… – снова требует Ратмир. – Хочу посмотреть, насколько ты мокрая.
Я чуть-чуть развожу ноги в коленях и мгновенно свожу их обратно.
– Я ничего не успел разглядеть, – стонет разочарованно. – Вторая попытка…
– Слишком много вторых попыток для того, кто считает себя чемпионом.
– Окееееей… Тогда…
Ратмир взбирается сверху, вновь целуя меня. Я знаю, что уступлю. Иначе быть не может, я его так сильно хочу, что готова сама залезть сверху, но просто эта игра нас заводит и заставляет чувствовать себя невероятно!
– Раздвигай ноги. Буду тебя любить… – дрогнувшим голосом шепчет Ратмир мне на ухо.
Ох…
– Что?
– Буду любить, – повторяет увереннее и ласкает большим пальцем мою щеку. – Блять, я так этого хочу… Хочу любить тебя и заботиться о тебе, о нашем ребенке.
Губы дрожат. По щекам скатываются слезинки восторга и счастья.
– Я тоже хочу тебя любить…
Открываю сердце и распахиваю его так широко, как никогда прежде, и сама касаюсь губ Ратмира.
– Люби. Люби меня. Крепче…
Он врывается одновременно и поцелуем в припухшие губы, и членом, в размякшую, влажную плоть. Одним рывком вспарывает глубоко и жестко, начинает двигаться сразу так мощно и резко, как будто голодал по мне целую вечность.
"Все мое тело трясется, грудь подпрыгивает от его жестких движений, от пальцев, которые стискивают мои ягодицы. Губы Ратмира терзают мои, а потом перебираются на шею, на грудь. Он всасывает тугие вершинки, двигаясь предельно. Перед глазами все плывет от скорости и остроты ощущений.
Как во сне, через плотную вату, слышу собственные стоны. Одобряющие это безобразие.