Строит из себя непонятно что, не понимая как смешон. В последние пару лет выводит меня из себя словно специально, хорошо хоть часто покидаю крепость, не так бесит его хитрая рожа. Жаль.
Жаль, что даже у этого кобеля шансов больше, чем у тебя дружище.
Нет! Еще чего не хватало! Кто угодно, но по возвращению Леона и рядом с Анной быть не должно! Я отрублю ему руки, стоит протянуть к ней свои грязные пальцы!
Гнев вновь булькнул внутри и поднялся кислотой к желудку, напоминая, как сильно бесит этот парнишка, и мысленно отсчитывая срок от него избавиться.
Оооо, как мысленно было приятно называть ее так, как тянет в ребрах от незнакомой нежности. Хотелось закрыть глаза и вновь представить этот образ, но нельзя. Ее и так слишком много. А что если она вернется холодной и чужой? Все забудется, оставляя только ненависть, чистую, горькую, ядовитую. Я отпущу. Помогу всем, что в моих возможностях, найду ей достойного мужа.
Кубок, брошенный в стену, громко звякнул, отскакивая от каменной стены, и красное вино бурым пятном растеклось по поверхности, стекая крупными каплями вниз слишком прямыми дорожками.
Стоило только представить ее в чужих руках.
Зубы скрипели, а кулаки незамедлительно сжались. «Моя девочка!» - ревело нутро.
Боги всего мира, я идиот.
Склочная старуха слишком влиятельна и в любом случае организует мне все «радости» мира. Придумаю что-нибудь, но в любом случае Зайдена идет к чертям! Не позволю! Нутро по швам разорвется!
Анна будет рядом. Пусть ненавидит, проклинает, но рядом, моя, хоть и недосягаемая.
***
Возвращаясь, подстегивал коня как мог.
Встретит? Не выйдет? Скорее всего, нет. Даже будет избегать.
Недобрая ухмылка дернула губы, но хвала богам, уже с утра я дал понять, что не в духе и слуги не решались лезть лишний раз с вопросами, не то, что разглядывать меня исподтишка.