Один неосторожный шаг – и малыша Мэйсона доставят твоему Джо по кусочкам. Не вздумайте мне там все испортить.
– Витя, я все расскажу Джо.
– И через минуту тебя загребут в СИЗО, милочка! Рожать будешь в тюремной больнице. И насчет мальчика я не шучу – я на все пойду, чтобы получить свое. И предателей не прощаю.
– Я не знаю, что меня ждет в офисе. Наверняка Алекс уже все знает. Мне нечего терять. – Мимо проходят молодые пары, студенты, туристы. Толпятся возле прилавков с горячей выпечкой и салатами. Странно косятся на меня – застывшую возле входа.
– Вернись ко мне, Лика. И я решу все твои проблемы.
– Никогда! Этого не будет никогда! И я смогу развестись без твоего согласия, понял? Даже из СИЗО!
– Думай, Лика. Думай. Что лучше – вернуться под крыло мужа или…
– Пошел к черту! – сбрасываю звонок и пулей вылетаю из кафе.
Дергаю пассажирскую дверь и плюхаюсь на сидение, ожидая расспросов Джо. Сую проклятый телефон в сумочку и глубоко вздыхаю.
– Прошла… тошнота? – протягивает Джордан, не глядя на меня. Чего он хочет – добить меня, утопить в вине еще больше? Не понимаю… Хотя, нет – он ждет моей инициативы, моих решения и выбора, как поступить.
Алекс Осборн встречает нас в кабинете Джордана. Он сидит в его кресле, что-то с интересом разглядывая на экране. Слышу обрывки голосов, стоны, шорохи… Похоже на приватное видео или…
«Блять… Ты меня с ума сведешь… Ничего красивее не видел, чем ты. Лика…»
Это же мы с Джо! Вчера… На этом столе.
– Черт! – Джо вырывает ноутбук из рук Алекса и закрывает крышку, однако видео не останавливается – наши стоны, признания и шорохи по-прежнему слышатся.
– Я распорядился поставить. Месяц назад… И, в чем ты сейчас убедишься, правильно сделал. – Алекс поднимается с места и кому-то звонит. Прохаживается вдоль панорамного окна, делая вид, что ему интересен уличный пейзаж. Через минуту в кабинет входят еще двое: мужчина кавказской наружности и красивая темнокожая женщина.
– Мама? – удивленно протягивает Джо. – А ты когда приехала?
– Потом пообщаемся, милый.
– Что здесь происходит? – Джордан наконец поворачивается ко мне, ища оправданий.
– Я… Джордан, я… Объясню все.
– Помолчите, Анжелика Львовна. – Кавказец хлопает огромными ладонями по столу.