— Люди? — Андрей сделал несколько шагов вперед, намереваясь скрыться.
— Анделы! — в темноте послышался смех, и враз отлегло от души.
— Ленька?!
Ленька-Ангел появился откуда-то из-за спины, пахнуло сырой овчиной.
— Никак опять заблудился, барин? — спросил он и задышал в лицо.
— Заблудился, — признался Андрей. — Покажи дорогу!
— А что за показ-то дашь? У тебя и дать нечего.
Андрей ощутил, что рядом еще кто-то есть, и оглянулся. В полной темноте он увидел белого коня, жующего жесткую болотную траву. Длинная грива покрывала опущенную голову, шевелилась как живая.
— Нечего дать, — сказал Андрей.
— Вре-ешь! — засмеялся Ленька. — Ты мне наганишко дай. Вон, в кармане, в шинелке лежит!
— Зачем тебе? — Андрей сунул руку в карман и нащупал рукоятку револьвера. — Ты же ангел.
— Нынче и ангелу наган положен, — нараспев сказал Ленька. — Все с ружьями нынче."
"— Не дам. Самому нужен, — бросил Андрей. — Я тебе потом что-нибудь… Выведи на дорогу!
— Потом дороже станет тебе, — предупредил Ленька. — Лучше сейчас дай.
— Ничего, домой приду — расплачусь, — пообещал Андрей.
— Ну гляди, барин, — Ленька взял коня за гриву, потянул за собой. — В должниках у меня ходить плохо. Захочу — уроню, и не соберешь.
Андрей пошел за белым конем. Пузатый, с провисшим хребтом жеребец ковылял вразвалку, будто хромал на все четыре ноги. Длиннющий хвост волочился по траве. Глядя на его неуклюжие, старческие ноги, Андрей ощутил короткий и жаркий толчок в груди; на миг сладкая и забытая печаль охватила его, как если бы неосторожная ночная птица налетела во тьме и опахнула лицо теплым крылом.
Он шел и, зябко ежась, думал, что конь почему-то рано состарился, хотя годами еще молод, и что за ним нет должного ухода — даже хвост не подрезали и тетерь он замызгался в грязи и репьях. А когда-то ведь красивый был жеребчик, в яблоках…
Они вышли из балки на некошеный луг, ночь по-прежнему была непроглядной, разве что кончился дождь и пространство теперь казалось легким, потеплел и приутих порывистый ветер.
— Вот твой дом, — сказал невидимый в темноте Ленька-Ангел.
— Где?! — Андрей покрутил головой. — Не вижу!
— Да вон же огонек в окошке!
В ночи мерцал блеклый свет, похожий на огонь лучины. И все бы ничего, но казалось, что он горит на высокой башне, в поднебесье, так что не дойти и не достать. Андрей ощутил какой-то детский страх и беспомощность.
— Куда ты ведешь? Куда?! — он схватил Леньку за руки. — Я жить хочу, жить…
— Живи, — разрешил Ленька.