– А если она вообще не найдется? Не буду же я постоянно тут с твоим сыном.
Стиснул челюсти после ее слов, но ответить не мог, потому что она была права, а я нет.
Казалось, что Мурад спас ситуацию своим приходом, но то что он сказал, полный пиздец.
Смерть Инны – это констатация факта – они уже знают.
Я знал, что Даша уйдет в комнату сына и закроется там, оно и к лучшему.
Спускаюсь вниз и запрыгнув в машину с Геной и Мурадом еду к своим, набрав брата.
– Что за сучки тогда с тобой приехали в мой дом?
– Привет, Дал, у меня башка трещит.
– Ян, блядь, – ору в трубку, – соберись. Кто, спрашиваю, с тобой приходил? Имена.
– Да че надо? Надежные ребята. Хера орешь?
– Потому что Инну ёбнули, а значит это сообщение для меня. Как думаешь, имею ли я право сейчас орать?
– Чего? Погоди, когда ты узнал? Где она? Мы ж ее все вместе искали.
– А она на квартире, которую стерегли день и ночь с тремя дырками в груди. Сейчас туда еду, потому что скоро этот начальник приедет. А если он там окажется раньше, мы ничего не узнаем первыми.
– Понял, я скоро буду.
– Да не нужен ты там. Лучше поговори с этими пидорами. Говорил же надо прикончить того мудака.
– Все узнаю. Давай.
Приезжаем на место. Ребята аккуратно все осматривают."
"Прохожусь по гостиной, кругом бардак, бутылки. На столе дорожки. Она на диване полулежа, полуголая, но отметин насилия не вижу, на первый взгляд.
«Что тут, бля было?».
В остальных комнатах как обычно.
– Ну что тут?
– Камеры пустые, – отвечает Серый, – остались только гильзы.
– Отлично. Кто ее нашел?
– Я, – отвечает Саня. – Приехал, как обычно, услышал крики бабки какой-то, решил глянуть че там. Орала по другому поводу, а я поднялся на этаж просто так, дверь дернул, а она открыта.
– Понял.
– Слышь, Далер, тут же твоих отпечатков тонна.
– Еще бы. Стирать не будем, нас тут, итак, все видели и все знают в лицо.
Выходим из подъезда и сталкиваемся нос к носу с тем самым начальником.
Смотрит внимательно, определяя кто главный, чтобы не ошибиться и понимает кто.
Усмехается и делает шаг вперед.
Формальности прошли быстро, а дальше сука начал кидаться своими законами.
– Звони Орхану, – говорю Мураду и поднимаюсь обратно наверх с полицией, хотя, по сути, знаю, что могу этого не делать.