Кручусь с боку на бок, считаю овец, перепрыгивающих через небольшой белый забор в моём воображении, но Дрёма не спешит забирать меня в свой мир сновидений. Как бы я сейчас хотела оказаться рядом с Брендоном, нежиться в его сильных руках, обнимающих меня, вдыхать аромат его тела, уткнувшись носом в сгиб шеи. Но то лишь мечты, которым не суждено исполниться в эту ночь. Вместо ласковых объятий я вынуждена устраиваться удобнее в спальном мешке, который ещё и противно шуршит при малейшем моём движении.
— Ведьмочка, хватит ворочаться, — сонно бурчит мистофель, устроившийся в моих ногах. — У меня слишком чуткий сон, ты мешаешь мне.
— Извини, — выдыхаю я.
Расстегиваю молнию, решив выбраться из палатки и подышать свежим воздухом, надеясь, что небольшая прогулка поможет мне уснуть.
— Возьми медальон, — говорит кот, когда я уже собираюсь выйти на улицу.
— Даже знать не хочу, кто это, — тихо отвечаю я.
Аккуратно снимаю с шеи мистофеля свое украшение и провожу по густой шерсти, приглаживая её. Прячу медальон под футболку и выбираюсь наружу, с упоением вдыхая чистый, влажный от близости реки, воздух.
Темно-синее, почти чёрное небо усыпано яркими осколками звёзд. В городе не встретишь такого чистого ночного небосвода.
Около костра различаю силуэт оборотня, которому, похоже, тоже не спится этой ночью. Вздрагиваю, когда до меня доносится его невнятный шёпот, с трудом различаю несколько слов, но не могу уловить смысла:
— Любимая….
Тихое бормотание прекращается, Алекс слегка раскачивается, будто погружается в какой-то транс. Что всё это значит? С кем он разговаривает? Всматриваюсь в слабо освещённое пространство, но не вижу таинственного собеседника мужчины. Обхватываю себя руками, потому что по телу пробегает холодная безотчетная волна страха, леденящая кровь.