На совещании по спецпроекту “СтройКом” мы наконец-то приходим к взаимовыгодному для обеих компаний, по нашему мнению, решению. Благодаря тому предложению, что мы готовы сделать руководству фирмы потенциального партнера, больше чем уверен, проект окажется в наших руках. “ВоронКорп” может даже не тешить себя надеждами перехватить лидерство в этой гонке.
На часах почти два часа дня. Сижу в своем кабинете, разбираюсь с бумагами, что передала мне моя команда после совещания. Еще раз пробегаю глазами по гениальному плану оптимизации производства строительных материалов, что мы придумали для “СтройКом”, когда дверь в кабинет открывается.
— Русланчик… — заглядывает секретарша.
Бросаю на любовницу быстрый взгляд и тут же возвращаюсь к документам.
— Руслан Данилович, — с придыханием и нараспев зовет Олеся, огибая мой рабочий стол и выдирая из рук папку.
— Олеся, ты ничего не перепутала? — откидываюсь на спинку кресла и выхватываю обратно документы из рук секретарши.
— Что, нельзя посмотреть?
— Нельзя. Эти документы не должны попасть в чужие руки.
— Прям настолько? — выгибает бровь девушка.
— Настолько.
— Вопрос жизни и смерти?
— Вопрос премии для сотрудников и повышения имиджа компании на рынке инвестиций, — откидываю папку подальше на стол, от греха.
— Люблю, когда ты так собран и предельно внимателен, — губы любовницы искажает ухмылка, и девушка усаживается на мой стол, вальяжно закинув ногу на ногу.
— Слезай. Мы на работе, — бросаю недовольно, надеясь, что по моему тону она поймет, что в офисе, куда в любой момент может кто-то заявиться, так делать не следует.
— Что вы решили со “СтройКом”? — напрочь игнорируя мои слова, тянется к моей рубашке Олеся. Аккуратно хватает за воротник и, медленно расстегивая верхнюю пуговицу, запускает ладошку под ткань. — Что-то ты не в духе?
— А тебе не все ли равно? — поднимаюсь на ноги, чувствуя дискомфорт в штанах. Дружок мгновенно приходит в готовность, отзываясь на легкие прикосновения. А я сильней сжимаю челюсти, перехватывая шаловливую ладонь любовницы.
"— Нет, конечно, Руслан! — обиженно дует губы девушка, тоже подскакивая с места и прижимаясь ко мне. — Я за тебя волнуюсь, — смотрит из-под ресниц, — ты последнее время очень устаешь и постоянно работаешь… мы очень редко видимся, — выпаливает мне как на духу. — Даже наши обычные встречи на выходных в этот раз ты отменил.
— Я был занят. И няня у Ромашки приболела, со мной весь день был ребенок.