Лиса сказала, что ты устал с дологи и тебе нузно выспаться, — щебечет моя принцесса.
Ловлю смущенный взгляд девушки, про себя подмечая, как же она соблазнительно выглядит в домашних штанах и в растянутой футболке, с собранными в пучок длинными волосами. И как правильно она смотрится на моей кухне. Стопроцентно к месту. Черт возьми, Беркутов, да ты, кажется, залипаешь на молоденькой сотруднице!
— Мы старались не шуметь. Доброе утро, — улыбается Лиса.
— Спасибо, — шепчу одними губами, но девушка понимает и лишь кивает, снова отвлекаясь на готовку.
— А у нас бинчики будут. Мы нашли кубничное ваенье. Ты будешь? — внимательно всматривается в мое лицо Ромашка, устраивая на щеках мягкие ладошки.
— Конечно, кто же отказывается от такой вкуснятины, — целую в нос проказницу и усаживаю за стол.
Алиса ставит тарелку с блинами, притягательный запах от которых разносится, кажется, по всему дому. И протягивает мне банку с вареньем.
— Помогите, я не открою, — принимаю банку, совершенно неосознанно слегка касаясь ее пальцев, а самого от этого легкого соприкосновения так прошибает током, что на мгновение даже теряюсь от такой реакции своего тела.
— Вам чай или кофе? — интересуется она у меня.
— Чай.
— А мне какао, — тут же встревает в разговор Ромашка, немного разряжая накалившуюся обстановку.
За завтраком царит идиллия. Семейная, я бы сказал. Ловлю на себе робкие взгляды Алисы и довольный прищур Роберты, которая уплетает за обе щечки вкуснейшие блинчики и трещит без умолку, вовлекая в свой разговор девушку.
Но все хорошее всегда имеет особенность заканчиваться.
— Мне сегодня выходить на работу? — спрашивает Алиса, когда мы оба, помогая друг другу, убираем со стола. Дочь уже убежала в свою комнату.
— Нет, ты сегодня свободна, — заправляю последнюю тарелку в посудомоечную машину.
— Тогда, раз вы дома, я, пожалуй, поеду, — неуверенно отвечает девушка.
Представляю, как расстроится Ромашка. И решаюсь на глупость.
— Тебя кто-то ждет? — (нет, Беркутов, — орет подсознание, — ты переступаешь черту!) — Просто хотел предложить погулять с нами в парке, — и тут же добавляю:
— Роберта будет рада.
— Это запрещенный прием, — девушка улыбается, а мое сердце пускается вскачь. — Но только прогуляться в парк.
— Конечно, только парк.