Состоятельного…
Но когда машина остановилась перед коваными воротами, а потом плавно проехала за них, я ахнула от удивления, совершенно несдержанно и вслух!
Сабитов и бровью не повел, но задал вопрос:
— Нравится?
— Кхм… Н-нравится, — я с трудом выдавила из себя одно несчастное слово, но даже в нем умудрилась проглотить окончание!
Состоятельный?
Ничего себе!
Нет, он просто сказочно богат!
Машина ехала и ехала к трехэтажному особняку, украшенному острыми башенками со шпилями. Шины тихо шуршали по брусчатке.
Проморгалась, как следует!
Пруд никуда не исчез, но оказался немного сбоку и позади, потому что машина остановилась напротив парадного входа.
Эмину бы еще красную ковровую дорожку, подумала я. Впрочем, подумала зря: на мраморных ступенях была уложена бордовая дорожка, и туфли не скользили по гладкому мрамору, а Эмин так вообще легко взбежал по ступенькам.
Эту ночь я проведу в настоящем дворце, сказала себе мысленно и переступила порог особняка. У меня почти сразу же закружилась голова от того, какой высокий и сводчатый здесь потолок. Огромная люстра… Думаю, настоящий хрусталь, а не дешевое стекло или того хуже, пластик.
— Добрый вечер, — поприветствовал нас мужчина лет пятидесяти в темно-синем костюме. — Эмин Муратович, незадолго до вашего появления привезли вещи и предметы обихода — детские."
"По едва уловимой интонации было понятно, что и для управляющего домом Сабитова это событие довольно неожиданное.
— Все правильно, у нас гостья с младенцем.
— С вашим младенцем, — уточнила я.
— С предположительно, моим младенцем, — поправил меня Сабитов. — Мебель тоже привезли?
— Мебель доставить не успели.
— Пусть себе эту скидку в одно место засунут! Как быть без мебели?
— Я могу поспать с малышкой на одной кровати, ничего страшного. Просто кровать должна быть достаточно большой, и чтобы была возможно подложить подушку, — начала говорить я.
Эмин слушал меня довольно внимательно, но последние слова точно не расслышал. Ему позвонили.