Сейчас, наверное, подъедет лысый бугай-папик, всунет кому-то денег, и все будет шито-крыто. И протокол из папки инспекторов исчезнет, будто того никогда и не было, а дамочке все сойдет с рук? Но я на всякий случай запомнила номер машины. Мало ли, вдруг пригодится...
– Вы кем приходитесь маленькому мальчику? – к нам подошел инспектор и смерил нас серьезным взглядом.
– Няня.
Я даже не успела рта открыть.
А мальчик-то лишь на первый взгляд казался простым и глупеньким... Няня? Ну, значит, побуду ею пару часов, пока не сдам мальца в руки его непутевого папаши.
Мужчина недовольно свел брови, взглянул на девушку, которая стояла позади нас.
– Претензии имеете? Если нет, то подпишите здесь.
Я бегло пробежалась по строчкам и вернула инспектору лист бумаги.
– Нет, я подписывать ничего не стану. – Много лет я работала с финансами и разными договорами, к любой бумажке относилась очень ответственно.
– Хорошо, имеете полное право не подписывать. – Он развернулся и отошел от нас, а я посмотрела на мальчишку сверху вниз.
– Ну что? Идем, няня отведет тебя к твоему отцу? – улыбнулась я. – Надеюсь, он на месте, а не ринулся на твои поиски, не то ночевать поедешь ко мне.
Мальчик недовольно свел брови.
– Это я к тому, что врать нехорошо. И безобидная на первый взгляд шалость может иметь куда более серьезные последствия.
Мальчик тяжело вздохнул.
– Тебя как зовут? – спросила я.
– Никита, – тихо отозвался он.
– А меня Лина. Куда держим путь? Где работает твой папа?
– Папа работает в «Паллас Холл», директором.
За последние полчаса я второй раз роняла коробку из рук. Может, тут ее и оставить? Еще грыжи мне не хватало.
Вакансия горничной в отеле, который назвал мальчик, была такой же востребованной, как и менеджера в «Газпроме». А еще говорят, что миллионеры на дорогах не валяются. Нет, не валяются, а вот их дети ходят одни и без присмотра? Ох, чую, плохо кончится эта история для меня.