Мама напрокат

– Я не отправляю тебя на аборт, – сухо заметил я, ощущая неприятный укол от того, каким тоном она произнесла последние слова.

Да, я порой был сдержан и скуп на чувства, но от своего отцовства не откажусь и Эльвиру на аборт не отправлю. С чего вдруг такие мысли возникли в ее голове?

– Вы… вместе? Она ведь никуда не уехала, да? – спросила она тихо, но в голосе послышалась горечь.

– Ангелина никуда не уехала. Павел остался в городе. Такси вызывать небезопасно. Ты это спрашиваешь, потому что переживаешь за что-то?

– Переживаю! И.

.. я сейчас сильно растеряна. Беременность не входила в мои планы. Это не попытка тебя удержать... Он… этот ребенок ни в чем не виноват! Не виноват, что у нас последнее время ничего не клеится из-за Ника, а ты приглядел мне замену!

– Я услышал тебя, Эльвира. Давай, поговорим об этом завтра. Отдыхай. Переживать уже поздно из-за случившегося.

Да, я не исключал возможности, что беременность была ошибкой. В любом случае я проверю ее слова и позвоню ей завтра днем, когда она пройдет УЗИ и дополнительные обследования.

Я подошел к столу, налил в бокал еще вина, осушил его залпом и отнес все в дом. Убрал осколки стекла с пола и поднялся наверх. Заглянул в комнату сына. Он спал на боку, подперев подбородок рукой, сжатой в маленький кулачок. С детства это была его любимая поза. Я вспомнил, как Алина только его родила, а мы по очереди фотографировали его на камеру и снимали на видео каждую незначительную мелочь. Я понял, почему слова Эльвиры о беременности вызвали внутри странную досаду.

Мне казалось, так, как я любил Ника, не смогу больше полюбить ни одного своего ребенка...

Поправив одеяло, я погладил Ника по короткому ежику волос и вышел из детской. Зашел в свою спальню и, скинув одежду, направился в душ. Следовало смыть с себя весь этот длинный день и лечь спать.

Утром я, как обычно, проснулся очень рано. Это уже было своего рода привычкой. Ник тоже поднимался ни свет, ни заря. Выбегал из детской, чтобы проводить меня на работу. Раньше я этого особо не замечал и не ценил, а сейчас спросонья задумался о словах Ангелины, что ему не хватало моего внимания.

Дверь слабо приоткрылась, и в комнату проскользнул Ник. Забрался на мою кровать, смотря настороженным взглядом. Переживал, что я сейчас огорошу его известием, что мы поедем домой?

– Привет… – он прилег рядом и обнял меня. – Ты поздно вчера вернулся? – спросил он.

– Поздно. Привет, – я погладил его по спине и улыбнулся, но, вспомнив о вчерашнем звонке Эльвире, поморщился.