Маневры 3

Не долетая до машины, он чуть довернул вправо, и от него в сторону убежавшего солдата и желтого холма со стоящей на позиции «Шилкой», потянулся дымный шлейф трасс. Мне даже показалось, что я увидел эту изрыгающую смерть, пушку.

И снова разрывы, сильнымиударами, побежали по земле, оставляя пыльный след, не перескакивая через каменныйзабор, а наоборот роняяего на землю и, наконец, ониуперлись в ствол большого дерева поднимаясь по нему выше человеческого роста, раскалывая его вщепу.

Самолет взмыл и, покачав наглокрыльями,хотелулететь.

«Шилка» зенитной батареисопроводилаегополет поворотом своейбашни с ощетинившимися стволами полностьюготовых к бою пушек.

—Какого хера!!! — Невольно вырвалось у меня, когда я не увидел открытия огня по цели.

Но именно в этот момент из всех стволов установки вырвался двухметровый факел. Сила огня была такой, что меня чуть не сбило с ног. Как мне показалось ни один снаряд не пропал. «Мессер»… его просто не стало. Представляете? Целых частей самолета не было, несмотря на то что огонь велся секунды.

Только куски металла, разбросанные по склону соседнего холма. В руках умеющего пользоваться подобным оружием — это страшная сила!"

"После этого свиста и грохота, наступила прямо таки звенящая тишина. С трудом перелез кусок уцелевшего забора и подошел к машине бледный и вымазанный в мокрой грязи Сулимов, оглядывая небо и не веря в чудесное спасение. Он стал, молча, мыть в рядом протекающем ручье руки.Оказывается в него заехал наш БТР, а не в ямку. На гребне холма, рядом с ЗСУшкой дымились гильзы от ее снарядов.

Наконец оцепенение прошло, и мы вспомнили о солдате с автоматом. Его нигде не было видно. Сулимов с Махамбетом почти побежали вдоль дороги, заглядывая за уцелевший забор и осматривая каждый куст. Солдата нашел Сулимов. Тот лежал лицом вниз возле забора, заваленный упавшими камнями и разным мусором, не подавая признаков жизни. Володя склонился над телом, волосы солдата слиплись на затылке и были в крови. Махамбет быстро разбросал камни, Сулимов, видимо боясь увидеть изуродованное лицо, осторожно начал переворачивать солдата на спину. Он с трудом открыл глаза, его мутный, безразличный взгляд выражал только одно — будто он уже успел встретиться с кем-то с самого верха, побеседовать о своих благих делах и прегрешениях, и теперь, покорно ждал решения своей судьбы. Окинув нас мутным взглядом, вновь устало закрыл глаза. Махамбет сбегал к ручью и принес в своем засаленном шлемофоне воды и акуратно вылил ее на лицо солдата.