Сам-то я, как городской человек, с десяти лет гонял на мопеде, в двенадцать отец первый раз разрешил проехать на машине, а опыт верховой езды у меня ограничивался пятью минутами сидения на спине смирной лошадки, которая была в подсобном хозяйстве нашей школы.
Рябоконь и Яремчук жадничать не стали и выделили нам нужное количество лошадей и бойцов. Лошади были ухоженные и уже под седлами, где они их раздобыли — загадка.
Через пол часа мы тронулись в путь. Впереди, покачиваясь в седлах, ехал наш головной дозор.
Оказывается, парни не теряли время даром. За стволом упавшего дерева они вырыли окоп, и от него тянулся неглубокий ход сообщения в другой окоп, за стволом толстого дуба. От стоявшей в небольшой нише радиостанции, на дерево поднимался кусок полевого кабеля, использованного вместо штатной антенны.
Получилась приличная огневая точка, из которой можно было держать под прицельным огнем все дороги, выходившие на поляну."
"Похвалив ребят за полезную инициативу и дав инструктаж остающимся, мы вернулись к БТРу и взобравшись на броню, тронулись дальше, свернув на дорогу, идущую на запад.
Фрагмент 24
Предыдущий фрагмент
И на этот раз, напоровшись на трассы наших пулеметов, бомбардировщики не сбросив бомб, отвернули.
Что бы не гадать, вернутся — не вернутся, связался с 'Оводом', и передав наши координаты запросил воздушную обстановку. Убедившись, что повторный налет не грозит, хотел сходить к морякам в гости, как ребята с вышки сообщили: — Товарищ прапорщик, к вам гости идут — моряки, два человека с оружием.
— Принял, иду встречать гостей, на связи Окунев, и внимательно там смотри.
— Все понял, не волнуйтесь...
Когда я вышел из БТРа, моряки были уже метрах в десяти и очень внимательно рассматривали нашу машину. Подойдя ближе, весь интерес уже переключили на меня. Внимательные глаза с небольшим удивлением рассматривали комбинезон, портупею, офицерскую сумку, хорошо что догадался оставить свой «калашников» в БТРе.
Прапорщик Валентир
Флотские подходили вразвалочку, из всех сил изображая просоленных «морских волков».