Жалко что поднявшаяся пыль не даст как следует всыпать этим гадам!
— Нам пыль не помешает майор, были бы снаряды! Кстати о снарядах, у танкистов нет бронебойных калибра семьдесят шесть миллиметров, не подскажите где можно разжиться, им обязательно помочь надо!
— Для ""двадцать восьмых""? Полковые?
— Нет у них новые танки с пушкой семьдесят шесть миллиметров, а полковые или не полковые — не подскажу.
Тут один из командиров сказал:
— Разрешите? Товарищ подполковник, это ""дивизионные"", как у Ф-22.
— Это точно?
— Абсолютно!
— Тогда, надо просить у генерал-майора Москаленко в противотанковой бригаде, у него часть дивизионов на Ф-22УСВ, от них подойдет. Сколько просить?
— В отряде семнадцать танков, на каждый хотя бы по двадцать штук, значит триста сорок штук.
— Буду просить семьсот, а там как выйдет
— Добро майор, действуй!
— Товарищ подполковник, может задействуем пару самолетов для доставки?
— Только предупредите командира отряда, чтобы не пальнул сдуру.
Уже не раз убеждался, что если этот майор за что то брался, то всегда выполнял. Вот и сейчас поручив ему эту очень важную проблему, я мог спокойно заняться другими. Самой важной сейчас было выяснить как проходит первое в этой войне артиллерийское наступление. Связавшись со своим начштаба чтобы выяснить это, получил в ответ:
— Работаем, доложу позже.
— Понятно, включи трансляцию на этот телефон, так послушаю...
— Включаю!
Из капсуля телефона пошел плотный поток докладов, команд из которых практически сразу стало ясно, что наш замысел удался. Первое что я услышал, это был доклад звукометристов, они засекли огневые позицие немецкой артиллерии, судя по карте где то под Переспой, начав ответный огонь по площадям. Буквально через две-три минуты, даже на слух можно было определить, что огонь немцев ослабел, артиллерия подавлена.