– Боже мой, вы сказали косвенные угрозы! Косвенные… угрозы. Угрозы… косвенные, – твердила Вика, как заведенная. – Как же я сразу не обратила внимания.
– Что вы хотите этим сказать? – переспросила Вера, но Вика только махнула рукой, хватаясь за телефон.
– Пожалуйста, заберите своих студентов, идите домой, – попросил я доцента, зная, что когда Вика нападает на след, то ей лучше не мешать и не перечить.
Но Вера стояла рядом с облюбованным ею козлом, как приклеенная, вертела головой, всем видом демонстрируя полное недоумение.
– Домой идите! – Вика подлетела к нам на скорости. – Вера, я редко кому-то такое говорю, но вы прекрасный специалист. Прекрасный! Но сейчас домой и студентов завтра не приводите. А с вами мы созвонимся.
Сказав все это, Вика как ни в чем не бывало уселась за свой стол и стала перебирать бумаги. Однако все изменилось, как только за девушками и за заметно помрачневшей Ухтомской закрылась дверь.
– Закрой на ключ, – попросила Вика.
Щелкнув засовом, я обернулся.
– Никого?
– Никого.
– Окна?
Вопрос не имел смысла, Вика и сама видела, что окна находятся на высоте метров трех и просто так приложиться к ним ухом или глазом практически невозможно. Убедившись в том, что двери в раздевалку тоже закрыты, а запасной выход намертво перегорожен коробками документации, Вика достала телефон и сделала дозвон:
– Армен Иванович. – В голосе ее звучала твердая уверенность.
«Ну, допустим, не поверил, а заставили поверить», – где-то у себя в кабинете подумал Армен Иванович Мняцакян, но, судя по дальнейшему направлению разговора, оставил эту мысль при себе.
– Нам с вами нужно сделать сейчас одну очень важную вещь. Шляпника необходимо срочно перевести из лечебницы…
Виктория запнулась и замолчала.
– Нет, отпускать я его не предлагаю ни в коем случае, вы меня не так поняли. Я даже не прошу, я умоляю вас, сегодня же… Господи, как же я сразу не догадалась… конечно! На каком основании? Потому что угрозы во всех письмах косвенные, Армен Иванович… Армен Иванович, сейчас нет времени объяснять.