— Не могли бы вы подняться со мной и наложить повязку, леди Крифф?
— Конечно, пойдем скорее, — Мойра увела брата.
Хартли постоял в гостиной, чтобы принять участие в общем сочувствии в адрес сэра Дэвида. Вскоре разговор зашел о политике, и он поднялся наверх.
Джонатон оставил дверь гостиной приоткрытой и поманил Хартли жестом, приглашая войти.
— Неплохо сработано, правда? — спросил он.
Мойра все еще была взволнована.
— Вовсе ни к чему было выливать всю бутылку на платок, — отчитывала она брата. — Придется наклеивать большую повязку, чтобы выглядело правдоподобнее.
Мойра достала бинт и отрезала длинный кусок.
— Должна поблагодарить, мистер Хартли, за то, что пришли на выручку. Я так испугалась, что потеряла голову. Как вы думаете, Стенби заметил?
— Уверен, что не обратил внимания.
— Надо было предупредить, Джон, — она продолжала бинтовать руку. — А то я могла провалить все предприятие. Что вы хотели сказать, мистер Хартли?
Джонатон бросил на них хитрый взгляд и удалился в свою спальню. Хартли сказал:
— Сегодня ночью мы собираемся осуществить наш план.
— Если я начну торопиться, я только наведу его на подозрения. Он говорит о покупке драгоценностей завтра утром и тут же намерен выехать в Лондон.
— С вами?
— Да, он думает, что я поеду с ним, — ответила Мойра, заливаясь краской.
— Неумная затея. Через десять минут он вас догонит. Ему достаточно будет только посмотреть на стекляшки при дневном свете, чтобы тут же раскусить вашу игру.
— Мне бы только добраться до Ковхауса. Кузина Вера скажет, что не видела меня. Кузен Джон спрячет карету и лошадей у соседей, пока Стенби не уедет. У нас все обговорено. Из-за вас все пойдет прахом — все годы жестокой экономии и труда.
— Боюсь, что это невозможно, — сказал он с огорчением. — У нас все готово к полуночи. Я ведь не единственный участник, Мойра, и должен считаться с партнерами.
Мойра вздрогнула, услыхав свое имя.
— Может быть, удастся уговорить его отдать деньги сегодня, — сказала она в раздумье.
— Не нужно, он заподозрит неладное.