Хартли нацарапал записку воображаемому мистеру Джайлзу в Департамент по делам налогов и таможни, зачеркнул половину написанного, свернул в шарик и бросил в мусорную корзину. Затем написал нужные письма и спустился вниз.
Леди Крифф и Дэвид уже кончили завтракать и пересели к камину. Они о чем-то тихо беседовали, склонившись головами друг к другу. Когда Дэвид заметил Хартли, он что-то шепнул мачехе и они замолчали.
Хартли подошел к дивану, где сидели Криффы.
— Мне нужно выйти на минуту, отправить письма.
— Он, должно быть, очень рано вышел, — заметила Мойра.
— Да, сразу после того, как побрил меня. Я сегодня поднялся пораньше, нужно было до завтрака просмотреть счета с молочной фермы. Ну, я пошел.
— Приятной прогулки, — пожелала леди Крифф. Как только он вышел, Мойра сказала: — Это наш шанс, Джонатон. Он будет отсутствовать не меньше часа. Ковхаус в пяти милях отсюда.
Мойра оперлась на руку Джонатона, чтобы придать достоверность версии о головной боли. Буллион был очень предупредителен и не переставал извиняться за свой шкаф.
— Это моя вина. Я забыла его закрыть, — успокаивала его Мойра.
Когда они подходили к своему номеру, служанки стелили постели. Сэлли как раз выходила из комнаты Хартли. Джонатон окликнул ее — она еще не успела запереть дверь. Сэлли подошла.
— Леди Крифф нужно полежать сегодня, — сказал он.
Сэлли сделала реверанс.
— Да, сэр. Ее комната готова. Я не буду больше беспокоить.
— Умница. Не могла бы ты сбегать вниз и принести ей успокоительного бальзама? Она ничего не ела за завтраком.
— Да, сэр. Сейчас, сэр. — Служанка снова присела в реверансе и побежала вниз.
Джонатон довольно улыбнулся про себя.
— Она забыла запереть дверь Хартли. Отлично. Я подожду, пока она принесет напиток, посмотрю, чтобы дверь осталась открытой. Тебе не обязательно стоять на страже, Мойра.
— Я зайду в комнату вместе с тобой. Две пары глаз лучше одной.
Когда Сэлли вернулась, Джонатон встретил ее на площадке лестницы, взял стакан с поссетом и постарался заговорить девушку, чтобы она не вспомнила о двери Хартли.
— Ты из здешних мест? — спросил он дружелюбно.
— Родилась и выросла в Блекстеде. У моего отца сапожная мастерская. Вы могли видеть ее на главной улице.
— Не довелось.