Нет смысла тратить время на писанину, которую по идее должен начать проверяющий. Утром генерал Саросов вызвал Пливашова и «отпорол» его. Объявил ему выговор за халатное отношение к своим должностным обязанностям. Его безмозглые действия повлекли массовые, причём обоснованные, волнения осужденных в ИК-50.
Глава 7
ИК-3. Ошибка за ошибкой
Этап. Васильев сидел в кабинете и поочерёдно общался с прибывшими осужденными. Оперативных сводок и информации по этому этапу не было. За дверью спросили разрешения войти. В кабинет вошёл осужденный кавказской внешности, высокий и крупный мужчина.
— Осужденный Хочидзе, бандитизм.
— Долги, проблемы есть? — спросил Васильев.
— Нет.
— Какие планы на будущее?
— Не знаю, надо осмотреться.
— Ладно, всё понятно, кто по тюремной жизни?
— Вор в законе! — гордо ответил осужденный Хочидзе.
Васильев очень удивился этому ответу, так как к ним не могли привезти вора в законе. Не та колония, где содержат контингент такого уровня.
"— Может ты не в курсе, но у нас в зоне только две масти — мужики и петухи, другого не дано, понятно? Я сомневаюсь, что ты поездом ошибся, когда в свою зону ехал.
— Я вор в законе. Меня куда везут, туда и еду.
— У нас в зоне только один авторитет — начальник колонии.
— Я ещё раз говорю, что я по жизни вор в законе.
— Мы ещё на «ты» не переходили, поэтому следи за своим языком, понятно? И ещё, а тебя где короновали?
— Где надо там и короновали. Это не Ваше дело гражданин начальник.
— Я тебе не грублю, ты почему так дерзко себя ведёшь? Хамить — это не по понятиям. Кто в курсе за тебя из местных авторитетов?
— Кому надо тот и в курсе. Начальник, или в камеру меня веди, или хозяина зови. Нам с тобой больше не о чем говорить.
— Мы ещё не закончили.
— Никто. Я сам по себе качу, зачем мне эти блатные?
— Отдельно что ли? — съязвил Васильев.
— Да, отдельно. Я по жизни одиночка.
— И в СИЗО отдельно жил?
— Да.
После получасового выяснения отношений, Васильев и так называемый вор в законе Хочидзе, перешли на повышенные тона. Вор в законе никого из авторитетов не знал и в понятиях начал путаться. Конечно, Васильев его тоже путал, так как не мог понять кто он на самом деле.