Боевиков он насчитал восемьсот человек, «ремесленников», куда входили и артефакторы и так называемые бытовики и прочие, примерно столько же. Тысяча восемьсот первокурсников и это только в этой академии и на платном отделении.
Алекс уже знал, что в столице есть еще несколько учебных заведений, только более специализированных или рангом пониже. Военная, техническая, юридическая, экономическая, гуманитарная, коммерческая и прочие академии, причем принимали они, как простых людей, так и одаренных любых школ и направлений, по какой-то причине решивших выбрать иную специальность.
Он помнил из рассказа мэтра Аарона, что сюда поступают разные одаренные и высокородные и не очень, и по различным причинам, но то рассказ, а сейчас он начал убеждаться в правдивости его слов. Некоторые первокурсники, стоявшие в окружении явных прихлебателей, были настолько исполнены собственной важностью, что Алексу стало даже смешно, глядя на них. Причем он обратил внимание, что среди старших курсов, подобных надутых индюков не было.
Многие первокурсники, как и Алекс, также внимательно рыскали глазами, и взгляды у всех были очень разные, настороженные, оценивающие, презрительные, внимательные, недовольные, недоброжелательные и прочие. Не было только открытых, доброжелательных и радостных взглядов, что было в общем-то ожидаемо.
А вот девушки ему не очень понравились. Нет, с девушками было все в полном порядке. Еще бы, у Алекса и самого в его книге, был целый блок заклинаний по улучшению и исправлению внешности и дефектов.
Но вот взгляды, и хотя Алекс знал из рассказа, зачем большинство из них поступили в академию, но все равно ему было неприятно чисто по человечески, он все-таки живой человек.
Следом за ректором выступали деканы факультетов, и тоже ничего интересного не сказали, те же поздравления и общие фразы.