– В гараже машины нет. Значит, она куда–то выехала.
– И значит, кто–то был за рулем.
– Точно.
– А вы не знаете, кто?
– Наверняка не знаю. Но кое–какие догадки у меня есть.
– Кто же это мог быть?
– Возможно, любовница Фарго.
Тут в кабинет Трэгга вошел сержант, положил перед ним на стол сложенный листок бумаги и, не сказав ни слова, повернулся и вышел.
Трэгг развернул листок и, нахмурившись, стал его изучать.
– Любовница Фарго, – повторил он медленно. – Ищите женщину, а?
– Именно так.
Глаза Трэгга стали холодными, пронизывающими, жесткими.
– А не нашли ли вы в доме у Фарго чего–нибудь, что вам хотелось бы заполучить? А, Мейсон?
– Например?
– Ну, к примеру, какой–нибудь документ.
Мейсон отрицательно покачал головой.
– Вы уверены, что ничего от меня не скрываете?
– Я рассказываю вам все, что могу.
– Вернее все, что вы хотите?
– Возможно.
– А скажите, могло ли быть так, что вы, работая на миссис Фарго, решили во что бы то ни стало добыть какие–то документы, которые находились у ее мужа…
Мейсон отрицательно покачал головой.
– Подумайте как следует, – сказал Трэгг. – Я ведь проверю.
– Нет и еще раз нет, – ответил Мейсон. – Это исключено.
– Так, значит, он сказал вам, что она в Сакраменто?
– Да.
– А вы в этом сомневаетесь?
– Да.
– Вы считаете, что она вообще не выходила из дома?
– У меня нет ни малейших доказательств, – сказал Мейсон. – И мне бы не хотелось, лейтенант, чтобы вы ссылались на мои слова. Я могу оказаться в очень неловком положении, если вы сообщите прессе что–нибудь из того, что я сейчас вам скажу.
– Очень благодарен вам за совет, – сказал Трэгг. – Мы именно так и поступили. Я вижу, у вас появляется профессиональная хватка.
– Что же, по–вашему, я от вас скрываю? – спросил Мейсон.
– То, о чем вы не сказали мне.
– Я честно выложил на стол все карты, лейтенант. Я не могу сообщить вам лишь кое–какие подробности, из–за которых может пострадать мой клиент.
– Вы рассказали мне все?
– Все.