– Вероятно естественно, что вы задаете мне такие вопросы, поскольку вы детектив, но мне кажется, что проще спросить об этом у миссис Бранер. Если бы я и знала, кто дал ей такой совет, не думаю, чтобы…
В вестибюле послышались шаги, а затем появилась и сама миссис Бранер. Я встал – Сара Дакос тоже – и подошел пожать протянутую руку. Сев за другой письменный стол, миссис Бранер мельком взглянула на пачку бумаг, придавленных пресс–папье, отодвинула их и сказала:
– Я, видимо, должна поблагодарить вас, мистер Гудвин.
Я покачал головой:
– Нет, вы ничего не должны. Хотя теперь это и не имеет значения, поскольку чек предъявлен к оплате, но я был против того, чтобы браться за ваше дело. Сейчас это уже работа, и я ею занимаюсь. – Я вынул из кармана то, что захватил из ящика своего письменного стола, и передал ей. Это был лист бумаги, на котором я напечатал:
Мистеру Ниро Вульфу,
35–я улица. Зап. 914,
Нью–Йорк, 1
б января 1965 года
Дорогой сэр!"
"В дополнение к нашему вчерашнему разговору настоящим письмом я уполномочиваю Вас действовать в моих интересах по обсуждавшемуся нами делу.
Рэчел Бранер.
Она прочитала письмо дважды, вначале бегло, а затем очень внимательно, и взглянула на меня.
– Я должна это подписать?
– Да.
– Не могу. Я подписываю только то, что предварительно одобрил мой адвокат.
– Прочтите ему по телефону.
– Да, но разговоры по моему телефону подслушиваются.
– Знаю. Не исключена возможность, что, когда ФБР станет известно, что вы поручаете Вульфу вести дело, оно несколько поостынет.