Если ты считаешь, что им следует сообщить, сообщай.
– Так будет лучше, – сказал он и взял трубку. – Иначе это неожиданное исчезновение может их встревожить.
Он позвонил Роберу на фабрику игрушек, сказал, что ему нужно уладить кое-какие дела в провинции и обещал позвонить сразу, как только вернется. Со своей стороны Робер сообщил ему, что Люсетте пришлось поехать в отдаленный пригород к неожиданно захворавшей тетушке.
Раймонда, взявшая трубку второго телефона, иронично прошептала:
– Так вот почему она не удостоила тебя сегодня своим визитом!
– Замолчи! – выдохнул Филипп, прикрыв микрофон ладонью.
На другом конце провода Робер, очевидно, расслышал шушуканье, потому что спросил:
– Алло!.. Алло!.. Ты не один?
– Нет, нет, старина, – поспешил ответить Филипп, испепеляя Раймонду взглядом. – У меня никого.
– Мне показалось… наверное, помехи на линии.
И Робер в продолжение темы визита своей сестры к тетушке сказал:
– Кстати, о визитах… Знаешь, кто приходил ко мне сегодня утром на фабрику? Ни за что не угадаешь…
Он сделал паузу для пущего эффекта, а затем обронил:
– Малыш-инспектор.
– Шабёй?
– Он самый.
Филипп сел на угол стола. Раймонда оперлась на его плечо. Он слышал ее стесненное дыхание совсем рядом со своим свободным ухом.
– Что еще ему от тебя было нужно? – спросил Филипп, следя за своим голосом, у которого была тенденция фальшивить. – Я думал, все уже кончено, и мне не будут больше надоедать.
– Успокойся, ты здесь ни при чем!.
Затем, неожиданно перескакивая на новую тему, спросил:
– Так когда ты уезжаешь?
– Сразу… как только скажу тебе «до свиданья».
– А я тут разболтался! – воскликнул Робер. – Не буду тебя больше задерживать.
Он пожелал другу счастливого путешествия и закончил разговор. Тяжело, как если бы он хотел раздавить аппарат, Филипп положил трубку, после чего парочка сидела какое-то время молча.
– Уф! – выдохнула наконец Раймонда. – Душа ушла в пятки.
На телефонной трубке еще блестели жирные следы от вспотевших пальцев, которые ее только что держали.