Можно в чем угодно упрекнуть женщину, но никак не в том, что она плохая мать или не додала любви – это самое больное и нечестное обвинение, по мнению Киры.
- Ты будешь писать расписку или продолжишь корчиться? – задает вопрос равнодушным голосом. Поговорить с Арманом не получается. Он и раньше был с небольшим «приветом», но, в последнее время, совершенно съехал с катушек.
- Буду, я уже сказал, мне не сложно, - Арман взял лист бумаги и начал что-то старательно выводить. Спустя пару минут торжественно заявил, - Все! Готова твоя бумажка, - теперь то можем заняться вещами поинтереснее?
- Нет не можем, - вызывай своих братков и пусть заверят твою писанину у нотариуса, - сообщает Кира приказным тоном, а у самой коленки трясутся от страха.
- Ты че, рехнулась? – начинает ржать на всю комнату.
- Не рехнулась, если любишь - сделай это, - спокойным тоном произносит Кира.
Удивительным образом, Арман отдает распоряжение и его прихвостни забирают документ.
- Да, да, Гарик, я даю добро, да… - повторяет в трубку. Потом заканчивает разговор и смотрит самодовольно на Киру. – И как ты меня теперь отблагодаришь? – сально рассматривает ее с головы до ног.
Все, клетка защелкнулась. Теперь, чтобы получить документ от Армана – нужно как-то его ублажить, чего женщина категорически не желает делать.
Будь она свободна, по поводу секса не было бы никаких вопросов, но… Хоть Филипп до конца и не принял решение, она считает его своим мужчиной, а изменять любимому человеку Кира была не готова.
- Давай поболтаем о жизни, выпьем вина, - пытается отвлечь Армана от его намеков на секс.
- Кирунь, ты издеваешься? Я ебаться хочу, мне твои базары нахрена нужны? Мы столько находимся в России, а я еще ни разу не побывал в тебе. Не жалеешь меня совершенно. Я же мужик, мне хочется разрядки и удовольствия. Это вам бабам секс по боку, хоть неделю, хоть месяц без него - один хрен, а мне что прикажешь делать? Так что не мучай своего горячего любовника, раздевайся.
- Я же сказала, я не могу, - пытается избежать близости Кира.
- А ты через не могу. Я же смог простить тебе все долги, даже пообещал их не тыкать больше. А тебе сложно пососать или сесть сверху на мой член и подвигать задницей? Что ж ты такая ленивая, огорчаешь меня, - голос Армана уже не кажется милым, он начинает нервничать.